Книга Осторожно, двери открываются, страница 70 – Екатерина Соболь

— Когда он такое сказал?

— После того как вы выручили его в саду Сен-Жермен. Он убежденный одиночка, вы, как я понимаю, тоже, – но, думаю, вы сработаетесь.

Каждый волосок на моем теле встал дыбом, как у взбешенных котов.

— Так, минутку. Что происходит? Мы же договорились.

— Я сказал «подумаю, чем я могу вам помочь». К сожалению, ничем.

Приехали. Он обыграл меня на моем собственном поле дипломатии. Казался таким добрячком, а сам… Я почувствовала себя салагой по сравнению с ним. Несчастной салагой, вынутой из воды. Но я вдохнула и выдохнула, как на работе, когда особенно упрямый клиент ни за что не хотел покупать то, что я продаю. Настойчивость творит чудеса. Главное – успокоиться.

— Я не планирую у вас работать, – мило улыбнувшись, сказала я. – Как я и сказала, мне надо домой. Но когда я окажусь там, буду с благодарностью вспоминать время, которое провела здесь. И особенно вас, Павел Сергеевич.

Ну, вроде складно получилось, голос не дрожал. Но Павел Сергеевич смотрел на меня с сочувствием, как на глупое дитя.

— Дело вот в чем… – задумчиво начал он. – Я надеялся, вы сами поймете и мне не придется быть гонцом с неприятной вестью, но… Уехать отсюда не получится. Как и связаться с вашей сестрой.

Я опустилась на прохладный, обитый кожей стул напротив его стола. Стул был величественный, как и все в этом кабинете.

— То, что вы просили, я принесла. – Голос все-таки дрогнул. – Дайте денег на билет до Кирова или еще как-нибудь меня туда доставьте. Я не хочу у вас работать.

Но он только улыбался – с сочувствием и полным нежеланием мне помочь. Не зря я вспоминала про злого колдуна, который в сказке велел мальчику принести три монеты.

— Поймите, я работаю здесь с основания Стражи, и впервые за все это время кто-то пришел с той стороны, – сказал он. – Мне нужно было присмотреться, испытать вас в деле.

Так, значит, вот что это было. Не услуга в обмен на услугу, а испытательный срок. Мысли лихорадочно метались. Любую игру можно выиграть, но для начала надо понять правила. Я продолжала в упор смотреть на него, и Павел Сергеевич медленно откинулся на спинку стула.

— Ну ладно. Хотите объяснений – будут. Но пусть то, что я вам скажу, останется между нами. Поклянитесь жизнью своей сестры.

— Клянусь, – сказала я, только бы понять наконец, что происходит.

— Покинуть это место в буквальном смысле невозможно.

— Ерунда.

— Отнюдь, хоть и мало кто здесь это понимает.

Он больше не казался добродушным – скорее зловещим. Идеальный мужчина в слишком красивом кабинете, углы которого терялись во тьме. Утром я поверила ему на слово – и вот расплата.

— Вы знали это еще утром. – Мой мозг ухватился за эту мысль и все не мог ее выпустить. – И обманули меня.

— Я посочувствовал вам. Вы были очень… выбиты из колеи своим появлением здесь, я хотел смягчить удар. А еще мне нужен трюкач. И вы доказали, что правда закрываете двери. Мало того: делаете это безошибочно и, похоже, не слабеете, используя свою силу. Надеюсь, за день вы поняли: тут не так уж плохо.

— «Тут» – это где?

Я думала, он скажет «в Петербурге», но он ответил по-другому:

— Если вы спросите у каждого в городе, каким был мир до того вечера, когда открылась первая дверь, мало кто сможет вам ответить. Мы все просто стараемся не зацикливаться на этом и жить дальше, но… Меня поставили руководить Стражей как раз поэтому: я точно знаю, что я что-то забыл. Другие не помнят и этого. Пусть так и останется. И я смутно помню, что до дверей мир был… Не таким. Интернет и современные телефоны не запрещали никаким указом, они просто исчезли.