Книга Алые небеса. Книга 1, страница 31 – Чжон Ынгволь

Девушка искренне склонила голову.

— Пожалуйста, простите меня. Мне очень жаль.

— Я ведь говорил, что зимой нужно быть особенно осторожным, потому что тело деревенеет и даже небольшие проблемы могут превратиться в серьезные травмы?

— Говорили. Я была слишком неосмотрительна. Впредь буду осторожнее.

— Будешь осторожнее?.. Тогда с этого момента тебе запрещено выходить на улицу, пока запястье не заживет.

— Что?! Нет, только не э…

Ее ноги оторвались от земли: экономка перехватила ее за талию.

— Джудэк, отмой ее поскорее.

— Я как раз собиралась это сделать, наставник. Не могу позволить этому куску грязи пачкать место, которое я с таким трудом чистила.

— Только не это! Кён Джудэк! Учитель!

— Я же просил не называть меня учителем!

— Господин наставник! Мне нужно идти. Пожалуйста, отложите наказание до завтра. Сегодня совсем-совсем нельзя!

Однако сколько бы Хон ни сопротивлялась, она лишь тщетно барахталась в воздухе, все дальше и дальше удаляясь от ворот и Чхве Вонхо.

— Чхунбок, иди и позови иглотерапевта. Запиши это Светлячку в долговую книгу.

— Боже мой, ты что, все это время голодала? У тебя ведь живот к спине прилип! Талия – не шире ляжки!

Вонхо не слышал визги девицы Хон, зато от этих слов уходящей Джудэк у него екнуло сердце. Хотя он уже давно съел пойманных ею фазанов, сейчас появилось такое ощущение, будто они встали у Чхве поперек горла.

— Чхунбок! Купи на обратном пути еще мяса. И в долговую книгу запиши, разумеется.

— Ха-ха! Хорошо, сейчас вернусь.

Когда фигуры экономки и Хон исчезли из вида, вместе с ними пропал и смех Чхунбока. Оставшись один, Вонхо запоздало покачал головой.

— То, что Светлячок держала в руках, как-то подозрительно похоже на мой горшок с медом…

Красные глаза выглянули из-под ресниц, а затем исчезли. Незнакомые запахи и атмосфера заставляли его опасаться поднять веки, поэтому Ха безмолвно оценивал обстановку с закрытыми глазами. Место было ему неизвестно. Судя по одеялу и подушкам, он находился где-то в помещении, но непонятно, где именно. Юноша не мог даже определить, какое сейчас время суток. Вокруг не было ни единого признака присутствия людей. Наконец Рам открыл глаза, показав их красный цвет, и сел.

— Мансу! Ты здесь?

Ответа не последовало. Юношу охватил ужас перед неизвестным местом, где не было никого знакомого. Из-за собственной слепоты было только страшнее.

Он закрыл глаза и закричал:

— Кто-нибудь? Если вы слышите меня, пожалуйста, ответьте что-нибудь!

Никто не ответил. Только звук ветра разносился вокруг. Рам вскочил на ноги, но из-за жара у него закружилась голова, и он тут же плюхнулся обратно.

— Я заболел? – Он вытер пот со лба тыльной стороной ладони: кажется, так и есть.

Ему вспомнилось, как накануне он столкнулся с незнакомой женщиной и упал. Может, Мансу отнес его к ближайшему дому, чтобы он отлежался?

— Сегодня же ночь зимнего солнцестояния. Я должен вернуться во дворец.

Ха Рам ощупал пол и нашел одеяло, которым чуть ранее был укрыт. Даже не притронувшись, юноша почувствовал исходящий от ткани затхлый запах. Тогда он потянулся к вороту и прижался к нему носом; но запах остался, хоть и стал чуть менее явным. Сначала пахло тем же, чем и одеяло, потом к этому зловонью примешались и другие запахи. Они не были совсем ему незнакомы: кажется, где-то он их уже чувствовал. Рам порылся в памяти, но не мог вспомнить ничего, кроме запаха навоза или туалета.