Книга Алые небеса. Книга 1, страница 127 – Чжон Ынгволь

— Это я.

— Прошу, заходите.

Дверь открылась, и художник вошел к Ха Раму. Тот сидел лицом к входу. Дори протянул Ан Гёну купленную им картину.

— Спасибо, что помог мне. В обмен на эти картины я отдам тебе свои, как и обещал. Отправлю их в ближайшее время. А где те две работы? Хочу скорее на них взглянуть.

Было сразу ясно, о каких конкретно работах говорил художник. Рам повернулся, посмотрел на Ан Гёна и произнес:

— Господин Ан, прошу прощения, но я не могу отдать вам эти две картины.

Тот, ни секунды не колебавшись, кивнул:

— Ничего, это твое право. Ведь ты изначально их и купил. Я просто ненадолго одолжил тебе свои глаза. Но… могу я узнать почему?

— Я просто чувствую, что не хочу с ними расставаться. Хочу, чтобы они остались у меня.

— Картинами, которые желаешь оставить себе, действительно стоит владеть. Поэтому я так настоятельно их рекомендовал. Цена на них может быть снижена из-за того, что автор – женщина. Но настоящая ценность этих работ не падает.

— Раз я решил оставить их себе, цена не имеет никакого значения.

— Понимаю. Что ж! Я верну тебе стоимость одной из картин, которые получил. Ее я попросил купить только потому, что хотел самостоятельно заплатить за нее.

Астроном кивнул, не спрашивая, о какой именно работе идет речь. Автором рисунка, который хотел оплатить Ан Гён, был Хон Ыно.

— Я пришлю два рулона ткани и мои работы. А пока – дай-ка мне напоследок посмотреть на те, что ты оставишь себе. Хочу разглядеть их поближе.

Дори передал ему два полотна. Художник разложил их на полу и принялся внимательно рассматривать, время от времени издавая звуки, похожие на восторженные вздохи. В глаза бросилось имя, записанное в углу.

— Хон Чхонги? А Хон – это…

— Господин Ан.

Поглощенный рисунком, он неохотно откликнулся:

— Да?

— Пожалуйста… опишите картины.

Ан Гён поднял голову.

— Что-что?..

— Мои глаза не в состоянии их увидеть.

Посмотрев на Ха Рама, художник заметил и Дори, сидящего рядом с ним, и Мансу, дремавшего в углу. Он был один, кто мог бы подробно рассказать ему об этих картинах. Художник постарался детально описать обе работы. Попросив ладонь юноши, Ан Гён любезно вывел на ней пальцем ветки дерева и добавил свои мысли по этому поводу:

— Что делает эти картины прекрасными, так это пустое пространство. Композиция сосредоточена скорее вокруг пустоты, а не линий туши. Обычные художники, смотря на чистый лист бумаги, сначала набрасывают в уме положение черных линий – она же двигает кисть, сначала думая о белом пространстве. Думаешь, это легко? Вовсе нет. Эту способность трудно освоить, даже прилагая усилия и долго тренируясь. Скорее всего, художница Хон с ней родилась. Может, она и не знает, что видит формы иначе, чем другие мастера. Молодая девчонка, а картины заполнены такой свободной пустотой… Как она это делает? Как облачная гора вдалеке может казаться куда насыщеннее темной сосны вблизи? – Он на мгновение замолчал, но затем продолжил: – И что еще удивительнее – это картина-оберег ее авторства. Когда я видел ту работу, на ней не было ни одного пустого места. Значит, она рисовала совсем в другом стиле, нежели сейчас… Это и правда… Ой! Что-то я увлекся…

— Значит, у нее какая-то уникальная способность видеть мир?

— Нет. Мозги у нее другие, мозги! Как и у тебя.