Книга Слепящий нож, страница 394 – Брент Уикс

«Трусы», – подумала Лив.

Впрочем, в армии всегда есть какое-то количество присоединившихся по недостойным причинам, наряду с достойными. Владыка не отвергал никого из тех, кто желал ему помочь. Приблизившись, Лив глубоко поклонилась ему и сказала:

— Ваше великолепие, могу ли я поговорить с вами наедине?

Владыка внимательно поглядел на нее и, извинившись, отошел от своих спутников.

— Зимун собирается вас предать, – сообщила Лив без каких-либо вступлений.

— Спасибо. Ты возьмешься обучить эту группу новобранцев вместо меня?

— Спасибо? – переспросила она. – И это все, что вы можете мне сказать?

Он бросил на нее пронзительный взгляд.

— Приношу свои извинения, Владыка. Я не хотела повышать голос.

Владыка снисходительно улыбнулся.

— Когда ты об этом узнала?

— Я давно подозревала, что он страдает… преувеличенным мнением о себе, но он никогда не вел изменнических речей вплоть до сегодняшнего утра.

— И ты пришла прямиком ко мне?

— Да, мой господин.

Кто-то из слуг, пробравшись между рядами, двинулся по направлению к Владыке. Тот поднял руку, повелевая человеку подождать.

— Вы знали, – догадалась Лив.

— Знал.

— Так, значит… Вы что, послали меня шпионить за ним?

— Тебе виднее, – отозвался Владыка.

Теперь к нему попыталась приблизиться одна из обслуживающих женщин, и вновь Владыка жестом показал, чтобы она не мешала им разговаривать. Управление армией требует непрерывного принятия решений, от рассвета до заката и еще дальше.

— Вы проверяли не его, – осенила Лив новая догадка. – Вы проверяли меня!

— Вот как?

— Вы с самого начала знали, что он вас предаст; не знали только, присоединюсь ли к нему я. Ну что же, я прошла испытание. А Зимун – он вам подыгрывал?

Если это было так, это означало, что Омнихром по-прежнему ему покровительствует, притом что Лив выдала его отнюдь не из одной преданности Владыке. Весьма вероятно, что этим ходом она нажила себе могущественного врага, не заполучив при этом поддержки более могущественного друга.

— Ты знаешь, что произойдет с яйцом, если оставить его в тепле? – спросил Владыка.

— Из него вылупится птенец? – предположила Лив.

— А если температура окажется слишком высокой?

— Не уверена, что я…

— Оно сварится.

Владыка улыбнулся – снисходительно, великодушно.

— Для всего есть надлежащее время и своя пора. Если торопить события, можно все испортить. Именно из-за этого столь многие выцветки в Хромерии сходят с ума и становятся опасными: не потому, что это неизбежно для выцветков, но потому что первичные извлекатели, дойдя до конца своего человеческого существования, поддаются панике. А паникуя, люди начинают делать халтуру. Если бы вместо этого они на протяжении скольких-то лет целенаправленно готовились к переходу, их шансы на успех были бы значительно выше. А если бы у них были еще и учителя, которые бы говорили им, что надо делать, – только представь, чего мы могли бы достичь!

— Это… мудрый подход. И с Зимуном вы тоже добиваетесь чего-то такого?

— Зимун невероятно талантлив – и очень, очень опасен. В нем нет никакой человеческой теплоты. Только глупец станет доверять подобному человеку, но почему бы его не использовать? Что же, я понял, что могу тебе доверять. Теперь скажи: он знает, что ты пошла сюда?

— Я… боюсь, что он мог догадаться. Я нажила в его лице грозного врага, мой господин!