Книга Слепящий нож, страница 369 – Брент Уикс

— Я знаю, как в гвардии называют новобранцев, Кип, – отозвался Гэвин.

Он улыбнулся. Чтобы завоевать себе уважение среди гвардейцев, требовалось немало времени. Каких только уничижительных прозвищ им не давали! «Щенки», «хлюпики», «подтиралы», «нули»… Это продолжалось вплоть до принятия присяги, и даже после вступления в Черную гвардию первый год для гвардейца был, как правило, сущим адом.

— Да, сэр, разумеется. – Кип порозовел. – Видите ли, сэр, командующий сказал, что надвигается война, и нет лучшего способа к ней подготовиться, чем оказаться от нее в такой близости, чтобы ощутить на лице ее дыхание. Мы едем, чтобы помогать с транспортировкой припасов и гражданских. Командующий сказал, что мы не должны лезть на передовую, но и не отсиживаться в безопасности, сэр.

Он проговорил это все настолько взрослым тоном и с такой убежденностью, что Гэвин поглядел на незаконнорожденного сына своего брата новыми глазами. Четыре последних месяца изменили парнишку. Он по-прежнему был полноват – может быть, и навсегда останется таким, – но, как это доступно лишь молодым людям, уже сбросил по меньшей мере семерик. У Гэвина было такое чувство, будто на его глазах сам из себя рождается новый человек. Жирок, скруглявший и смягчавший черты мальчика, почти истаял, открыв сильную, истинно Гайловскую линию челюсти и скул. Он был широкоплечим, а его руки, хоть пока и без выраженной мускулатуры, были очень мощными. Разумеется, сегодня его самоуверенность вздымалась до небес, ведь его только что приняли в Черную гвардию! Впрочем, она будет поколеблена еще десятки раз. Мальчики, особенно занимающиеся физическими упражнениями, порой могут за один день начать выглядеть как мужчины, но им необходимо время, чтобы примириться с новым собой. Тем не менее в этом новом Кипе уже виднелись проблески того Кипа, каким он мог бы стать в будущем.

И этот Кип Гэвину очень нравился.

«У некоторых из нас уходит гораздо больше времени, чтобы примириться с собой, не так ли?»

Глядя на сына своего брата, Гэвин ощутил пронзительную печаль. У него никогда не будет собственного сына. Даже если он действительно достигнет своей невыполнимой цели, а это с каждым проходящим днем казалось все менее и менее вероятным.

— Хороший план, – промолвил Гэвин, осознав, что пауза слишком затянулась. – Передай остальным новобранцам, что спасти город нам не удастся, так что пусть они не дают воли героическим фантазиям. Героизм вещь хорошая, но если потратить его впустую, его не окажется под рукой в тот момент, когда он будет действительно нужен.

— Так точно, сэр. Инструктор Фиск говорил нам то же самое… за исключением того, что спасти город не удастся. – Кип сдвинул брови. – Благодарю вас, сэр. За то, что сказали мне правду.

«Спасибо за то, что сказал правду… Будь я болотным пнем, если в этой фразе нет скрытой горькой иронии!»

— Я хочу завтра отправиться с вами, – заявил Кип.

— А с какой стати ты решил, что я завтра куда-то отправляюсь – если не считать того факта, что мы все уже находится в плавании, так что ты по определению путешествуешь вместе со мной?

— Вы промахос, сэр, независимо от того, назначили вас или нет. Я хочу сражаться вместе с вами.

«Как он рвется в бой! Но разве я был другим? Скольких я убил, прежде чем по-настоящему осознал, что это значит – убивать?»