Книга Орден Разбитого глаза, страница 80 – Брент Уикс

«Каррис, умоляю, давай ты придешь и спасешь мою шкуру? Пока еще осталось что спасать? Прошу тебя!»

— Знаешь, Пушкарь, ты мне очень нравишься. Но иногда я тебя побаиваюсь.

Пушкарь расплылся в широкой улыбке. Опасность миновала.

Взгляд пирата снова устремился в море. Гэвин хотел что-то сказать, но не стал. Пушкарь впал в задумчивость – и хорошо. Пускай подумает.

— Лучший из мушкетов и невозможная задача, – проговорил тот после долгой паузы.

— Что?

— Это все, что мне нужно. Больше ничего.

Он перевел взгляд на меч-мушкет, извлеченный им из груди Гэвина, который после этого каким-то образом сумел остаться в живых.

— Раньше я хотел соорудить себе самолучший мушкет. Такой, какому нет равных. Но эта штука мне все испортила! Я никогда не смогу сделать ничего подобного. Я мечтал пройти через Врата Вечной ночи – но этот корабль разрушил и эту мечту. Все это уже есть! – Он топнул ногой в палубу. – Пушкарь слишком поздно родился на свет! Последнюю невозможную задачу в этом мире он выполнил сам, в своей молодости!

Пират вновь погрузился в себя. Яркое солнце больше не могло рассеять окутывавшую его тьму.

— Не думаю, что все так уж безнадежно, – мягко заметил Гэвин. – Существуют десятки трудных задач, достойных…

Приклад мушкета мелькнул в воздухе и врезался Гэвину в живот, лишив его дыхания.

— Не вздумай читать мне нотификации, Гайл! Я не малец, которого ты можешь обкрутить, как тебе вздумается. Отведите его вниз! – проревел он. – Да поторопитесь, пока Пушкарь не снес ему башку прежде, чем получит за нее выкуп!

Ноги Теи выбивали бешеную дробь по булыжной мостовой, но ее ум пребывал в оцепенении. Она ощущала себя загнанным зверем. Добежав до пересечения с другим узким переулком, девушка осознала, что до сих пор держит в руках окровавленный нож. Резко затормозив, она зашвырнула его в глубину переулка, потом повернулась и бросилась в противоположном направлении. Звон стали о камни прозвучал как дополнительный сигнал тревоги.

Тея обтерла лицо рукавом – на рукаве остались кровавые следы. «Да я вся в крови! Блаженный Орхолам, спаси и помилуй!» Тея пробежала до конца квартала, ближе к углу замедлила шаг, вышла на большую улицу и двинулась в направлении ближайшей лавки. Здесь торговали шерстяными изделиями. Широкие ставни были открыты, кое-что из товаров выставлено на улицу. Увидев внутри беззубую старуху за кассой, Тея присела на корточки между наружной стеной и стойкой с ткаными гхотрами из козьей шерсти – если бы женщине вздумалось выйти, открывшаяся дверь загородила бы Тею от ее взгляда.

У нее хватило времени лишь на то, чтобы засомневаться, не совершила ли она ужасную ошибку; потом раздались свистки. В каких-нибудь десяти шагах от нее послышался топот ног. Стражники оглашали округу пронзительными сигналами. Бежали они, впрочем, по направлению к месту убийства, а не от него. Пока что они лишь пытались понять, что произошло. Время ловли виновника еще не настало.

Было мучительно не иметь возможности видеть, что происходит, но Тея оставалась в своем укрытии. И действительно, не прошло и нескольких секунд, как дверь со скрипом отворилась и из лавки мимо Теи вышла старуха в сопровождении другой женщины.

— Что они там затеяли на этот раз? – ворчала она, обращаясь к спутнице.