Онлайн книга «Орден Разбитого глаза»
|
— Штирборт, полный вперед! – выкрикнула Стропа. — Штирборт, полный вперед! – вторил ей Леонус. Барабанщик с правой стороны ускорил темп, отбивая по три удара там, где барабанщик с левой отбивал по два. Благодаря этому «Шальной кляче» удалось сделать левый поворот, практически не потеряв скорости. — Оба борта, полный вперед! — Оба борта, полный вперед! Они понеслись по волнам, вкладывая весь вес своего тела в каждый гребок. Теперь уже не было слышно никаких припевок: людям и без того едва хватало дыхания. Жара была невыносимой. Гэвин услышал щелчок кнута, но весь его мир сузился, сконцентрировался на боли в плечах, в легких, в ногах, в спине, в икрах, в руках… — Бакборт! По моей команде сложить весла! – крикнула бригадирша и, прежде чем Леонус успел закончить повторять приказ, продолжила: – Давай! Барабанщики отбили три оглушительных удара и резко смолкли. Рабы навалились сверху на рукоятки весел, так что лопасти поднялись из воды, а затем, по очереди перебирая руками, затащили их в трюм на всю длину, чтобы они не переломились во время столкновения. На какой-то момент все затихло. Барабаны молчали, рабы переводили дыхание, люди на верхней палубе замерли, готовясь к столкновению. Был слышен лишь мирный плеск волн о борта галеры. А затем разверзся ад. Глава 12 Кип добрый час шел по пляжу без обуви, пока у него на ногах не образовались волдыри. Он прошел еще полчаса, после чего волдыри вскрылись и начали кровоточить. Он попытался двинуться дальше и прошел еще около минуты, после чего до него дошло очевидное. Тяжело опустившись на песок, Кип вздохнул. «Сколько месяцев ты уже занимаешься цветомагией? В Хромерии учат, что нельзя думать о цветоизвлечении как о первом средстве для решения своих проблем – но на самом деле ровно наоборот. Магию можно использовать для чего угодно. Просто она тебя убивает. Тем не менее о ней необходимо думать в первую очередь. А уже после этого можно решить, стоит ли твое дело маленького глоточка смерти… По сути, возможно, разницы особой и нет. При условии, что ты вспомнишь о цветомагии раньше, чем до смерти истечешь кровью на каком-нибудь пляже в глухом уголке отдаленной сатрапии. Только потому, что ты чертов тупица». Воспользовавшись зеленым покровом джунглей в качестве источника цвета, он набросал гибкие подметки, собираясь прикрепить их к ногам; потом, подумав с минуту, сделал себе из зеленого люксина целые сапоги. Поскольку его ноги уже сочились кровью, он оставил открытым соединение между ступнями и нижним слоем подошв, чтобы иметь возможность на ходу изменять сцепление обуви с землей. Отсюда было недалеко до инкорпорации – способа использования магии, при котором люксин становится частью твоего собственного тела, – но здесь не было магистров, чтобы следить за ним. Кип продолжал идти, внося исправления, пока сапоги не устроили его полностью. Он постарался запечатлеть в памяти их конфигурацию на случай, если они ему снова понадобятся. Этим и занимаются все извлекатели, понял он: изобретают нужные им конструкции и запоминают их, чтобы потом воспроизводить уже без раздумий. Просто деревенские олухи делают себе опорки, а настоящие профессионалы тем временем строят глиссеры. Скорее всего, с освоением новых цветов количество возможных магических шаблонов должно увеличиваться по экспоненте. А Гэвин Гайл? Пришлось ли ему запоминать десятки и сотни тысяч таких шаблонов или же он понимал магию на таком глубоком уровне, что уже не имел необходимости ничего помнить, а просто создавал то, что ему было нужно? Тебе же не приходится думать, как подниматься по лестнице, которая несколько круче, чем та, к которой ты привык, – ты просто делаешь это, и все. |