Книга Мастер Темного Пути. Том 1, страница 128 – Мосян Тунсю

Памятуя о былых отношениях учителя и ученика, бессмертная Баошань согласилась. Затем Сяо Синчэнь снова спустился с горы, и с тех пор его никто больше не видел.

Прошёл год, и Сун Лань тоже вернулся в мир людей. Все потрясённо ахнули: он вновь прозрел. Однако чудесное исцеление было заслугой не только бессмертной Баошань. Сяо Синчэнь вырвал собственные глаза и отдал их своему другу, который из-за него пережил множество бед.

Сун Лань собирался разыскать Сюэ Яна и рассчитаться за всё, но к тому времени Цзинь Гуаншань уже скончался, а во главе клана встал Цзинь Гуанъяо, получивший также титул Бессмертного Владыки. Он установил новые порядки и первым делом избавился от Сюэ Яна. Впоследствии Цзинь Гуанъяо больше не упоминал о восстановлении Печати Тьмы и всеми силами постарался вернуть клану Ланьлин Цзинь доброе имя, успокоить недовольных и пресечь слухи. Тогда Сун Лань отправился странствовать в поисках старого друга. Сначала о нём ещё приходили какие-то вести, но потом его след затерялся. Клан Чан из Лияна был скромной, не слишком известной семьёй, и о нём тоже вскоре забыли.

Дослушав длинную историю до конца, Вэй Усянь тихо выдохнул.

— Такая незавидная участь – и всё из-за чужой беды… – с сожалением заметил он. – Родись Сяо Синчэнь на несколько лет раньше или умри я на несколько лет позже, всё могло обернуться совершенно по-другому. Уж я бы не оставил это дело без внимания! Непременно завязал бы дружбу с таким человеком! – Он вдруг осёкся, не зная, смеяться или плакать.

«Не оставил без внимания? А что бы я сделал? Да никто бы и разбираться не стал: всех собак просто повесили бы на меня. А попадись мне Сяо Синчэнь и пригласи я его выпить за знакомство, получил бы от него метёлкой…»

Вэй Усянь мысленно усмехнулся.

За беседой они миновали усадьбу клана Чан и подошли к кладбищу неподалёку. Заметив над входом тёмно-красную надпись «Чан», Вэй Усянь спросил:

— Как же всё-таки погиб Чан Пин? И кто расправился с его последними выжившими родичами?

Ответить Лань Ванцзи не успел: покой вечерних сумерек нарушили громкие удары. Могло показаться, что кто-то яростно молотит в ворота, но источник шума был совсем иной. Частый стук не прерывался ни на мгновение, но звучал как-то приглушённо.

Лань Ванцзи и Вэй Усянь изменились в лице.

Больше пятидесяти покойников из клана Лиян Чан лежали в гробах, и все как один колотили по крышкам изнутри, словно пытались выбраться, – прямо как в ту ночь, когда они бешено стучали в ворота, а потом умерли от страха, когда ворота так и не открылись.

Вот о чём говорил подавальщик в винной лавке! Но ведь неладное творилось здесь десять лет назад, а сейчас должна была стоять тишина. Почему же стук возобновился как раз к их приходу?

Вэй Усянь и Лань Ванцзи, не сговариваясь, затаили дыхание и бесшумно двинулись вперёд. У входа они заметили, что одна из могил посреди кладбища раскопана: по краям высились кучи свежей земли. А из ямы доносилась какая-то возня.

Там кто-то был.

Лань Ванцзи и Вэй Усянь замерли, ожидая, когда гробокопатель вылезет сам. Вскоре наверх ловко выпрыгнул человек. На первый взгляд казалось, что он один, но на самом деле их было двое: гробокопатель тащил другого на себе, а из-за чёрных одежд их очертания сливались так, что не различить.