Книга Снег и туман, страница 138 – Го Цзинмин

Девочка нагнулась, подняла у корня дерева кристально прозрачный кусочек льда и аккуратно потерла им руки, смывая прилипшую кровь. Кожа снова стала выглядеть настолько нежной, что, казалось, дотронься – и она тут же порвется. Тепло рук продолжало превращать лед в воду, и жемчужинки с примесью крови капали одна за другой на заснеженную землю, словно кусочки алых драгоценных камней.

Мальчик, который выглядел на один-два года младше, в этот момент стоял, прислонившись спиной к древней ели, и топтал голову духовного зверя, что буквально мгновения назад снес с огромного тела. Выпиравшие из нее прежде шесть крупных глазных яблок теперь, разбросанные по снегу, исходили теплым паром.

Мальчик посмотрел на прилипшую к ладоням темную кровь, он не спешил смыть ее, как это делала девочка, наоборот, внимательно рассматривал свои обагренные руки, словно любуясь парой искусных клинков. Он снова поднял голову, окинул взглядом затвердевшие от снега и льда останки десятков духовных зверей и недобро улыбнулся.

— Ах, столько хлопот… – девочка резко подняла голову и посмотрела куда-то в глубину свистящей метели, на лице ее расцвела легкая прекрасная улыбка. – Еще один идет, – черные как смоль глаза девочки лишились всякого цвета, в глазницах осталась лишь сплошная пелена яростно кружащей снежной бури, и эта диковинная белизна, казалось, вот-вот вырвется наружу.

— Кто? – приподнял голову и безразлично спросил мальчик. Глаза его, полные порочной невинности, наблюдали за спутницей.

— Конечно же… – она неожиданно дернулась вбок, и спустя несколько секунд земля, на которой стояла девочка, резко взорвалась, из твердой мерзлой почвы яростно вырвались бесчисленные шершавые отростки, похожие на огромные деревья; она сделала изящный оборот, двигаясь легко и спокойно без какого-либо удивления, словно репетировала это много раз, она даже не смотрела, а просто решительно протянула руку и ухватила землю. – Еще один, кому не терпится умереть!

Раздался грохот, во все стороны полетели камни и пыль – девочка вырвала из земли огромное членистоногое чудовище, похожее одновременно на паука и скорпиона. Монстр сопротивлялся и пронзительно визжал, однако выражение на лице девочки оставалось расслабленным и нежным, словно она была дочкой знатной семьи, которая в это мгновение всего лишь беззаботно прогуливалась по цветочному саду с канареечной клеткой в руках.

Она чуть отклонилась назад, с усилием размахнулась и изо всех сил впечатала сражающееся за собственную жизнь чудовище в ствол огромной ели вдалеке. Раздался резкий хруст ломающихся конечностей, и еще секунды назад визжащий монстр затих. Его тело дергалось на снегу в предсмертной агонии.

— Грудь между третьей и четвертой ногой слева. Печать духа там, – тихо произнесла девочка, улыбаясь мальчику, в глазах ее клубился белый хаос.

Мальчик, до этого спокойно стоявший, с поразительной скоростью метнулся к монстру. Возможности его тела и скорость поражали, но, что важнее, он двигался по воздуху замысловато и четко, словно исполняя свою мощнейшую атаку, при этом полностью защищая все уязвимые зоны, в его защите не было ни бреши. То, как он управлял своим телом, значительно превосходило навыки обычного мастера духа.

Размытой тенью он моментально опустился у туши чудовища, поднял руку и опустил пять пальцев между его третьей и четвертой ногой. Уголки рта мальчика слегка изогнулись, и меж ними сверкнули белоснежные зубы. По обнаженной худой мускулистой руке к пальцам быстро поползли бесчисленные тонкие золотистые молнии – плотный узор перетек с кончиков пальцев в телесную оболочку монстра, тут же заполнив ее всю. Мальчик нахмурил брови, и в снежной метели прозвучал резкий звук разбившегося стекла. Крепкое тело монстра неожиданно распалось на части, в то же время сеть линий быстро двинулась обратно в ладонь мальчика, становясь все меньше, а пока узор исчезал, чудовище душераздирающе вопило.