Книга Снег и туман, страница 107 – Го Цзинмин

— Костяная Бабочка Ли Цзиэр, как ты сюда попала? Ты же ведь… – от испуга Ци Лин даже не мог говорить.

— Меня здесь заперли. Думаешь, я по своей воле торчу в этом мерзком месте? – ледяным тоном произнесла девочка, а потом неожиданно хихикнула. – Хотя сейчас мне стало чуть радостнее, потому что появилась компания. Оставайтесь со мной, – снова глядя куда-то в пустоту, малышка легонько подняла руку и прикрыла смешок рукой. – А вы рады?

Гуйшань Ляньцюань нахмурилась, у нее было смутное ощущение, что второе «вы» относилось вовсе не к их троице, а к кому-то в темноте.

— Мы не хотим с тобой сражаться… Ли Цзиэр, ты помнишь Снежного Клыка? Он стал моим духовным зверем… Я не хочу тебя ранить, просто скажи, как нам выбраться отсюда…

— То, что я не смогла одолеть его до, не значит, что не смогу сейчас, – девочка сменила позу и подняла руку, чтобы провести ею по одному из липких отростков Костяной Бабочки у себя над головой. Выглядела она уже не очень довольной.

— «До»? До чего? – юноша слегка запутался в ее словах.

— Ну, конечно же, до моей смерти, – нахмурившись, чуть раздраженно произнесла Ли Цзиэр. Затем она легко махнула рукой, и за ее спиной с груды развалин неспешно и грузно в воздух поднялась бабочка, окруженная потоками духовной силы размером с настоящий океан.

— Подобная сила не может принадлежать обычному мастеру духа… – Ляньцюань не на шутку перепугалась, не смея поверить в то, что такая мощь исходила от маленькой девочки перед ней.

Пятый апостол взмахнула руками, и в сторону бабочки с лязганьем метнулись две заостренные цепи. Зверь даже не отклонился, прямо встречая удар, вот только… Металл прошел сквозь Костяную Бабочку, не встретив никакого сопротивления, словно просто пронзил туман.

Ли Цзиэр, сидящая на коконе, немножко приподнялась и вытянула руку в сторону стоявшей позади Ци Лина Юхуа. Парень развернулся и увидел внезапно появившуюся в груди принцессы кровавую дыру, словно пробитую невидимой рукой призрака. Девушка скорчилась от боли, и юноша, достав свой меч с обломанным лезвием, рубанул по воздуху перед ней. Вспыхнул свет, и на мгновение мелькнули очертания невидимой руки, которая быстро исчезла.

Девочка отдернула руку, и глаза ее резко приобрели золотистый цвет:

— Ты… Почему ты смог ранить меня?

Она поднялась на ноги, и из ее горла раздался пронзительный крик. И тут же окровавленные отростки на теле Костяной Бабочки неожиданно ринулись к троице апостолов залпом стрел. Цепи Ляньцюань закрутились в воздухе, но это никак не помогло.

Ци Лин быстро взмахнул огромным мечом и ударил по бесчисленным атаковавшим их щупальцам, и вместе с тем, как лезвие меча взлетело в воздух, духовная сила парня подняла огромный воздушный поток, помешавший щупальцам.

Глаза Ли Цзиэр сияли золотом, и в них читалась жажда убийства. В апостолов полетело еще больше отростков.

Каждый взмах меча давался парню все сложнее, и щупальца не раз оказывались близки к тому, чтобы задеть их. И, когда парень уже чувствовал, что духовная сила стала стремительно иссякать, перед ним неожиданно пронеслась стена золотистого света. Казалось, в сторону Костяной Бабочки ринулся прозрачный барьер, и все щупальца, прошедшие через него, зависли в воздухе. Отростки, мгновение назад летевшие к апостолам на молниеносной скорости, теперь стали похожи на медленно колышущиеся в воде водоросли.