Книга Год хорошего Кощея, страница 121 – Анастасия Деева

Она прижималась к его груди. Милый друг совсем не изменился. Ей почему-то казалось, что в эту морозную ночь к запаху его куртки примешивался дух июльских трав с тонким ароматом земляники. А годы… Да какая разница, сколько лет прошло, если сейчас они вместе?

Фёдор обнимал её так трепетно, как будто боялся, что она снова станет лишь эскизом на листе.

Огромная жизнь пролегла между ними. Сейчас он хотел, чтобы баба, портреты которой он тридцать восемь лет рисовал, осталась с ним и больше никуда не исчезала.

— Я виноват… Я так виноват, – шептал он, нежно сжимая её в объятиях. – Я обещал, что вернусь и… не вернулся… Но ты… могла бы меня… простить за эти годы?

Василиса заплакала, уткнувшись головой ему в плечо. Она была счастлива. На Руси, так уж водится, прощенье и счастье по земле рука об руку ходят.

— Столько воды утекло, – всхлипывала она, вытирая кулаком слёзы. – Я совсем не та, что раньше… Не умею я жить по-вашему.

— Я тебя не отпущу, – Фёдор ещё крепче прижал её к себе. – Зачем нам эта Москва? Хочешь, в деревню уедем? У меня там дом… Печка русская… Рядом лес, речка… Огородик есть… Тебе понравится. Я научу тебя тут жить… Ты только скажи: «Да».

Она подняла на него васильковые, полные слёз глаза, и улыбнулась:

— Счастье ты мое… долгожданное.

Маруся и Витёк снова поднялись на крышу. Девочка толкнула брата:

— Вить, тебе не кажется, что у нас с тобой скоро появится настоящая бабушка? Не та, которая из Америки.

Витёк вздохнул и добавил с чувством житейского опыта:

— Только эта бабушка – немного Яга… Если она меня на Метле покатает, я не против.

— Я тоже не против. Вдруг она умеет делать пирожки с капустой? – задумчиво добавила Маруся. – А то у деда дома вечно полуфабрикаты…

— Не, с картошкой. Я с картошкой больше люблю.

Мальчик достал телефон и замахал рукой деду и Василисе:

— Я сейчас нас всех сниму для YouTube!

Тут он решил заглянуть на свой недавно созданный портал.

Лицо мальчика удивлённо вытянулось. Видео про медведя с балалайкой получило огромное количество репостов. Количество лайков неумолимо приближалось к ста тысячам.

— Вау! – восторженно выдохнул юный блоггер Витёк Конопушка.

Теперь-то Наташа Васильева его точно поцелует!

Анджели, зябко кутаясь в пиджак Бессмертного, стояла у бетонного ограждения и смотрела вниз.

Было слишком высоко, чтобы можно было хорошо разглядеть то, что лежит там, на асфальте. Почему люди разошлись, почему не вызывают машины «Скорой помощи?» Неужели русские такие равнодушные?

Княжна собственными глазами видела, что упавшая с крыши женщина вернулась целой и невредимой. Как она летает?

Царевна была в растерянности. Снова творилась какая-то непонятная кутерьма, выходящая за рамки понимания. Девушка пребывала в состоянии шока, когда все мысли и чувства переплетены тугим клубком нервов, и трудно в них разобраться.

Одно она знала точно: кончина Константина не укладывалась в её голове.

Этот человек был странным и непонятным, события вокруг него закручивались на грани сверхъестественного. С таким Анджели никогда раньше не сталкивалась.

Если бы девушка не была такой замёрзшей, то, наверное, расплакалась бы, как ребёнок, от страха и отчаяния. Но слёзы замерзали в глубине, так и не родившись. Холод шёл изнутри, из самого сердца. Словно бы после смерти русского поклонника из её собственной жизни ушло что-то очень важное, чему она не знала названия.