Книга Путешественник Книга 4, страница 28 – Олег Ефремов

Каждые пять минут Вожак сверял направление маршрута, отслеживая степень желания поскорее свалить. Ощущения усиливались, но не критично, а значит, до химеры идти еще далеко. Макс шел, раздумывая о том, почему ему досталась такая никчемная магия, хотя у братьев дар был весьма боевой. Видно он изначально родился трусом. Поэтому и магия дана, чтобы лишь защищаться, но никак не нападать на противника. Хотя, если подумать, то и у Оболенского лишь дар перемещения, но никак не атаки, что не делает его слабым соперником. А значит, дело не в магии, а в нем самом. Это сравнение с лидером приподняло настроение Макса. Отступать больше он не намерен и хотел доказать самому себе, что сможет справиться с монстром, чего бы это ни стоило.

В какой-то момент над головами раздался утробный звук, словно ревел раненный в одно немягкое место носорог. Все рефлекторно вжали головы в плечи, зажав уши руками. Громогласный рев пробирал до самых внутренностей, по спине пробежали мурашки. Сквозь густую крону деревьев было сложно увидеть монстра, ввергшего в ступор отряд магов, застывших на месте. Ведь в любой непонятной ситуации лучше прикинуться валенком и лежать в углу не отсвечивая. Так и ребята прижались к стволам, старясь мимикрировать под кору дерева, но цветные одежды магов, выдавали их с головой.

— Этот звук совсем не похож на крик нашей виверны, — сделала шепотом вывод Ворона. — Если это, то самое чудовище, на которое мы собрались охотиться, то лучше я посижу на диете и посплю в уютной палатке где-нибудь в безопасном месте, — она уже раздумала ради денег ловить химеру.

— Хотелось бы посмотреть и понять, кто и с кем в небе сражается, — также шепотом проговорил Трубецкой, переживая за друга, у которого могло хватить ума влезть в смертельную схватку. В этот момент сквозь кроны деревьев прогудело мощное пламя, сжигающее все ветки на своем пути. Обзор неба увеличился основательно.

— Вожак, ты лучше больше ничего не желай, а то мы и так сейчас как на ладони, — Смирнов еще крепче прижался к стволу, выглядывая из-за дерева на открывшуюся картину.

В синем небе огромная зубастая тварь, покрытая длинными иглами, гоняла бедного голубя, истошно вопя. Химера злилась из-за того, что не получалось поймать упитанную добычу, в последний момент уходящую из-под носа, ну или зубастого клюва.

— Почему мы не поинтересовались размерами монстра, он даже больше виверны, как я погляжу, — удивился Татищев, заряжая винтовку.

— Никого не смущают размеры отожравшегося голубя, который и не собирается сваливать от химеры, словно дразнит ее, — поддержала разговор шепотом Фиалка, проверяя патроны в заряженном пистолете. В этот момент монстр выстрелил тонкими иглами, которые прошили насквозь стволы деревьев на высоте трех метров, чудом ребят не задев. Каждый вжался в дерево еще больше, понимая, что ствол никак не сможет никого защитить.

— Вожак, нам открывать огонь по монстру или лучше не привлекать внимания? — поинтересовался Шалун, подбирая иглу, вонзившуюся в землю в метре от него. Игла превышала двадцать сантиметров в длину, напоминая острую спицу для вязания.

— Пока лучше не стоит. Пусть улетит, а мы придумаем новый план, когда Псих вернется, — что-то подсказывало Вожаку, что пули только разозлят серьезного монстра, не причинив значительного урона. Да и промазать в подвижную цель слишком легко. В этот момент на небосводе показалась виверна, которая спешила на помощь странному голубю-самоубийце. Псих в очередной раз подтвердил свое прозвище, самоотверженно бросившись в бой.