Книга Дом это там, где мы, страница 110 – Юрий Гнатченко

— Метро. – выдыхаю я и практически сразу же набираю всю доступную мне скорость бега. Это меня и спасло, так как тут же раздается два хлопка и в воздухе проносятся злые шмели-пули.

«Твою же!» - одна из пуль все же задевает меня и правую руку в районе предплечья ошпаривает кипятком.

Не обращая внимание на боль я не сбавляя темпа бегу к спасительному метро. Семьдесят, пятьдесят, тридцать метров. Сквозь шум в ушах и свист ветра, позади меня доносятся бухающие звуки.

На секунду оборачиваюсь и вижу, как преследуя меня, почти след в след на расстоянии двадцати метров бегут трое здоровых детин. Один из них в черной маске и с пистолетом в руках, видя, что я обернулся и вынужденно притормозил, тоже замедляется вскидывая оружие.

Рефлексы бросают меня в сторону на толстого, пузатого мужика в зимнем пуховике.

— Куда прешь скотина! – тут же слышу его ругань, но отталкиваюсь от него и буквально пружиня продолжаю бежать по направлению к ступеням метро.

Последние метры я буквально пролетаю и тут же перепрыгивая через несколько ступеней бросаюсь в черево метрополитена. Сзади раздается шумный бег преследователей.

— Эй куда! – кричит мне в спину кондуктор, но я не обращая внимания перепрыгиваю турникет и пропетляв по коридорам успеваю запрыгнуть в отходящий с перрона вагон.

«Успел» - устало опускаюсь я прямо на пол вагона и прислоняюсь к двери.

— Думаешь ушел тварь! – слышу я немного приглушенный из-за двери, но от этого не менее злой голос одного из преследователей.

Отходящий вагон начинает разгоняться, но предчувствие буквально выгибает меня, и я соскальзываю спиной по двери, буквально распластавшись как лягушка по полу вагона.

Звук разбиваемого стекла дал мне знать, что стоит доверять своему чутью, а сдавленный позади всхлип, указал что не всем повезло сегодня как мне.

Я поворачиваю голову и вижу, как симпатичная брюнетка, сидящая чуть в глубине вагона, но недалеко от меня, вскакивает с места и начинает верещать.

И тут до этого молчавший вагон, буквально взрывается. Все люди начинают что-то говорить и метаться по вагону.

— Да что же это твориться, то! – начинает причитать бабулька с каким-то несуразным, темно-синим платком на голове: - В людей прямо средь бела дня стреляют.

— Убили! – визжит брюнетка, убегая в дальний конец вагона.

До стоящих рядом мужиков, судя по одежде работников совка и лопаты, наконец-то доходит ужас ситуации и они, словно подрубленные деревья, все трое падают на пол вагона. Это становится сигналом для других и буквально все люди вскакивают и бросаются в дальний конец вагона.

— Террористы! Это Исламисты! Ща бомбу взорвут! – раздается гулким эхом по вагону.

— Мужик ты живой? Ты как? Тебе плохо? – кое как смог я разобрать среди ужасной какофонии криков.

Повернув голову я увидел, что ко мне обращается один из работяг, который упал ближе всего ко мне.

— Нормально. – отвечаю я.

— Так у тебя кровь же?! – в ужасе замечает он и начинает отползать от меня, словно это я террорист или я сейчас прям сдохну и восстав словно зомби накинусь на него.

«Вот же черт!» - подумал я, но в тоже время удивляясь, так как организм и не думал сигнализировать мне о значительной потери крови. Быстро встав я осмотрел руку и провел ладонью по месту где виднелась кровь.