Книга Вероломный бог, страница 129 – Кэмерон Джонстон

Мартен оттащил меня в сторону, и маги встали в защитное кольцо, на безопасном расстоянии от ограничительной энергии санктора. Воздух завибрировал, магов окружила ощутимая аура силы. Выхватив короткие клинки, стражи встали по обе стороны от меня. Они сквернословили как матросы, наконец-то проявили толику индивидуальности, но не выказывали страха, который проявляют обычные люди, столкнувшись с такими созданиями. Санктор спрятался за моей спиной, без сомнения, собираясь использовать меня как мясной щит.

Я попробовал высвободить руки из кандалов.

— Да освободите же меня, чтоб вам.

Острие клинка Мартена впилось мне в спину.

— Этого не потребуется.

Выходя на свет фонарей, оскольчатые начинали двигаться все быстрее. Вытаращенные обсидиановые глаза заблестели, остановившись на нас. Твари падали и переворачивались в воздухе, направляя острые ножи-лапы нам на головы.

Мартен повалил меня наземь. Стражи упали вместе со мной. Оглушительный толчок сотряс мою спину и обжег кожу. Подняв голову, я услышал только звон в ушах. Большинство оскольчатых тварей отбросил к дальней стене пещеры взрыв, произведенный пиромантом, но они тут же пришли в себя и уже метнулись обратно. Добрый десяток пауков бросился сквозь языки пламени и теперь вел безмолвную битву в дыму, поднимаясь на дыбы и замахиваясь на Эву острыми как бритвы конечностями.

Она стукнула кулаком по раздутому брюху одной твари и разбила ее в блестящую пыль и брызги пылающей жижи. Эва отшвырнула останки и поймала другую тварь прямо в прыжке, когда та уже собиралась обхватить ее острыми лапами. Кончик зазубренного кристалла разодрал ее одежду и цепь, но на коже, ставшей твердой как сталь, оставил только неглубокие царапины. Ее губы изогнулись в злобной ухмылке, и она раздавила оскольчатую тварь руками. Двое уничтоженных за пару секунд. Она извлекла нож и принялась за работу, словно божество битвы, разрушая все на пути. Неужели это ей я врал, с ней заигрывал? Быть того не может.

Ко мне возвращался слух, а Шадея и Киллиан выпускали в оскольчатых ослепительные раскаленные залпы энергии, превращая их в трясущиеся и дергающиеся остовы из почерневших кристаллов.

Пироманты извергали в воздух пещеры ревущие струи пламени. Раскалившиеся докрасна оскольчатые верещали со скрежетом раздираемого металла, отчего у меня поползли мурашки по коже. Киллиан подняла руку, чтобы вытянуть влагу из воздуха, камня и со дна озера, и сформировала стену воды, а потом ударила этой волной в раскаленных демонов. Они разлетелись осколками, как стекло, вверх поплыли клубы пара. Уцелело всего несколько тварей, но они были в трещинах и истекали зловонной светящейся жижей.

С потолка соскочил последний громадный паук, приземлился прямо перед Киллиан и встал на дыбы, направляя острые лапы ей в лицо. Она быстро пригнулась, отступила и окружила демона сферой черной воды, скрыв его с наших глаз. Острые конечности вырывались из сферы и наносили беспорядочные удары в слепой охоте за своей мучительницей. Наконец оскольчатая тварь рухнула на пол и больше не шевелилась.

— Впечатляюще, – сказала Шадея.

Комплимент от нее был редкостней бриллианта чистой воды.

— В записях Византа утверждается, что оскольчатые твари дышат светом, а не воздухом, – сказала Киллиан. – Вероятно, их оставили здесь во тьме в качестве ловушки, и свет фонарей вывел их из спячки.