Книга Вероломный бог, страница 121 – Кэмерон Джонстон

Мои размышления прервала открывающаяся дверь. Я поднял взгляд, ожидая увидеть Киллиан. Но при виде морщинистого лица Шадеи у меня кровь застыла в жилах. Какой бы ужас я ни испытывал от изменений собственного тела, они не шли ни в какое сравнение с ее изменениями.

— Оставьте нас, – приказала она.

Стражи и санктор поспешили прочь и закрыли за собой дверь. Садиться она не стала и разглядывала меня с той же страстью, с какой осматривают вскрытый труп на столе. Это не предвещало ничего хорошего. Когда в ее серых глазах появилось презрение, я задрожал. Будь у старой карги желание, она разорвала бы меня на части с той же легкостью, с какой сопливый ребенок отрывает лапки паукам, а возможно, даже с большим любопытством. Я не сомневался, что расскажу ей все. Люди говорят, что унесут секрет в могилу, но они не имеют представления о настоящих пытках. Все рано или поздно ломаются, и того немногого, что я знал о наклонностях Шадеи, было более чем достаточно для ночных кошмаров.

— Чему обязан визитом? – спросил я, наконец обретя дар речи.

— Попридержи язык, мальчишка, – рявкнула она. – Ты будешь обращаться ко мне с должным уважением.

Это было не требование, а констатация факта. И поскольку слова исходили от Шадеи, я не посмел возразить. Даже если бы я не был в цепях, мне не пришло бы в голову наброситься на нее.

Она недовольно поморщилась:

— Когда-то я возлагала на тебя кое-какие надежды, несмотря на твое происхождение. Ты проявлял склонность к нестандартному мышлению и активной позиции, которых так не хватало клике традиционалистов. Интересно, что привело к нынешнему положению дел – природа твоего злосчастного Дара, гнусный характер или низменное воспитание? Кем мы могли бы тебя сделать, если бы нюхачи обнаружили тебя на несколько лет раньше?

Я сжал челюсти, подавив желание ответить. Вместо этого я пожал плечами, зазвенев цепями.

Она посмотрела мне в глаза:

— Однако мне известно, что в прошлом Арканум часто назначал тебя помощником архимага Византа, и я догадываюсь, какие задания он тебе давал.

Я нервно сглотнул. За годы я выполнил много малоприятных, но необходимых заданий Византа в Доках – из тех, которые лучше не вносить в записи Арканума. Что именно ей известно?

— Конечно, никаких доказательств не было и нет, – продолжила она. – Но я знакома с архимагом Византом гораздо дольше, чем ты живешь на свете, маг Эдрин Бродяга. Я знаю его и знаю тебя и поэтому не собираюсь судить о твоих действиях, пока не проведу тщательного расследования всех твоих недавних заявлений.

— Ты задержала эту сволочь Харальта? – взревел я. – От него за версту несет кровавым колдовством.

— Я лично его проверила, – ответила она. – Он чист. Ни один маг не способен сделать то, о чем ты говоришь, не оставив следов.

Я вытаращился на нее с открытым ртом.

— Что?! Не может такого быть! Он кровавый колдун и повелевает демонами. Проверь его еще раз!

— Ты либо лжешь, либо ошибаешься, маг Бродяга.

— Ни то, ни другое, – сказал я, пытаясь освободиться от цепей. – То, что затаилось у него внутри, тебя одурачило. Я же говорил, ему помогает вероломный бог, я чувствую! Харальт должен умереть, и немедленно.

Я подумывал, не использовать ли свои способности, чтобы убедить ее, но быстро отбросил глупую мысль. Даже если она не обнаружит, как я открыл свой поврежденный Дар (а вряд ли знаток вроде нее этого не заметит), она гораздо старше меня, и мне не хотелось рисковать жизнью, проникая в ее разум.