Книга Печать безумных. Безымянные, страница 75 – Екатерина Гичко

«Не смотри на него так! А то решит, что ты повод даёшь».

«Иррес!»— возмутился господин Наэш.

«У него теперь и ограничений нет! Разведённый, скот!»

— Как я рад тебя видеть, — господин Руахаш подошёл, и Лирка сама слегка приподняла подбородок, чтобы ему удобнее было поцеловать её лоб.

— Я тоже рада вас видеть.

Длинные сильные пальцы обхватили её за щёки, и жрец внимательно осмотрел её лицо.

— Выглядишь хорошо.

Стоило ему это сказать, как лицо женщины скривилось от ярости и она одними губами потребовала убрать руки. Жрец улыбнулся ещё шире и отпустил её.

— И ты тоже выглядишь хорошо, — едва слышно добавил оборотень для духа.

«Иррес, прекрати!»

— Это господин Руахаш, он здесь главный жрец, — Лирка представила оборотня своим спутникам. — Это мои сослуживцы господин Онт и Мхян. А это мой сын Ханён.

Главный жрец тепло улыбнулся заробевшим служивым, но ничего не сказал, даже не поприветствовал их. Взгляд его прикипел к черноглазому белокурому мальчику, который в свою очередь смотрел на него с раскрытым ртом, судорожно прижимая к груди корзинку с младенцем.

— Какой ты большой, — Руахаш присел перед Ханёном на корточки и осторожно коснулся его кудрявой головы. — Я знал твоего отца.

Чёрные глазёнки распахнулись ещё шире, и мальчик как заворожённый подступил ближе. Лирка ощутила ледяной укол.

— Ты на него почти не похож, — жрец ласково прищурился. — Взял всё самое лучшее от мамы.

— А папа был уродом? — Ханён нахмурился.

«Ещё каким!»— не удержался Иррес.

— Нет, он был очень хорошим оборотнем.

Лирка резко отвернулась и зажмурилась. Против воли перед глазами смазанными пятнами заскакали воспоминания. Закусив щёку с внутренней стороны, она заставила себя сосредоточиться на одной-единственной картинке.

Серая подушка. Длинные белоснежные волосы, опускающиеся почти до самого пола. Заострившийся профиль. Нежный. Почти детский. Сень блеклых ресниц, обескровленные губы.

— Ня!

Вздрогнув, Лирка поспешно обернулась.

Ханён, высунув язык, удерживал подрагивающую корзину, из которой продолжал доноситься жизнерадостный лепет сытого, хорошо выспавшегося младенца. Господин Руахаш несколько обескураженно посмотрел на Лирку.

— А это Золотинка, — хмыкнул Мхян. — Мы её недавно родили.

За «родили» Мхяну, конечно, влетело. От господина Онта. Лирку на смех пробило, когда она увидела растерянное и непонимающее лицо господина Руахаша. Смотрящий ещё долго крыл беспутного мальчишку самыми мягкими ругательствами, кои вспомнил, чтобы не осквернять грязным словом божий дом, потом извинялся и объяснялся.

Гостей отвели в жилое крыло храма, чтобы они наконец могли помыться с дороги, поесть и хорошенько отдохнуть. Лирка оставила спутников, поручив Ханёна заботе Мхяна, чтобы поговорить с господином Руахашем вдали от чужих ушей.

И вот они сидели прямо на полу в маленьком зале среди стен, расписанных коричнево-жёлтым лесом. Корзинка с малышкой стояла рядом с Лиркой, и она не отрывала взгляда от крохотного лица.

— Ты переживаешь, — заметил очевидное господин Руахаш.

Лирка нервно закусила губу.

— Судьба в последнее время не на моей стороне, — пробормотала она. — Я хотела бы находиться подальше от Жаанидыя… и всяких влиятельных оборотней.

— Вотых, — прозорливо дополнил жрец.

Женщина немного виновато поёжилась. Да, Вотых. Вотые всегда в гуще событий, рядом с ними крутятся важные лица, и Вотые радеют за благополучие Салеи. А она носит в себе потенциальную опасность. Ладно Иррес. Он, конечно, дух. Взбалмошный, сильный и не очень дружелюбный. Но главная проблема была в господине Наэше и его связи с мятежом, произошедшим одиннадцать лет назад.