Книга Печать безумных. Безымянные, страница 317 – Екатерина Гичко

— Раз нравится, сам бы ухаживал, — продолжал издеваться над учеником мастер. — А то только и облизываешь глазами да Мадиша терзаешь вопросами.

Взгляд парня опасно потемнел, он поджал губы и взглянул на мастера с угрозой.

— Не на того когти остришь, курёнок, — фыркнул артефактчик.

— Мастер Илиш! — взревел наконец директор, и упомянутый вмиг перестал улыбаться, осмотрелся и скривился. — Что ты опять устроил⁈ Оденься сейчас же!

— Ага, щас куст обдеру и прикроюсь!

Орлид с шипением стянул с себя кафтан и впихнул его в руки преподавателя.

— Ох, я прошу прощения… — мастер Жейш обернулся к хайнесу и умолк.

Сильнейший, ещё недавно такой благодушный и весёлый, с мрачной злостью смотрел прямо на побелевшую Лирку и с силой поджимал губы. Та глядела на господина широко распахнутыми испуганными глазами.

Лирка сама не могла объяснить, чего так испугалась. Просто хайнес на неё так смотрел, что страх появился сам по себе. Саврий тоже на неё глядел, но таил в уголках губ усмешку. Орлид заметил, куда направлен её взгляд, и, увидев хайнеса, вдруг весь подобрался, в глазах сверкнуло что-то яростное, и парень поспешил встать перед девушкой, принимая тяжёлый взор Сильнейшего на себя. Тот непонимающе моргнул и с раздражением уставился на Орлида.

— Илиш, ты с ума сошёл⁈ — продолжал злиться на артефактчика директор. — Когда ты прекратишь бросаться на учеников?

— Когда они прекратят громить мой кабинет!

— Оставь воспитание для родителей!

— А те и не думают заниматься отпрысками! Я что, обязан терпеть их родительскую несостоятельность?

— Я тебя помню.

Директор и мастер Илиш умолкли и уставились на хайнеса, который с прищуром смотрел на мрачного Орлида.

Подняв руку, Риш помахал ею, словно призывая парня посторониться.

— Две сажени. Я запретил тебе и твоей семье приближаться к этой девушке ближе чем на две сажени.

Повисло напряжённое молчание. Орлид слегка растерялся, смутился, и на его лице мелькнуло что-то виноватое. Но он быстро взял себя в руки, упрямо поджал губы и в очередной раз взглянул через плечо на Лирку. И замер, смотря на её испуганный взгляд, направленный на Сильнейшего. Тонкие ноздри мужчины раздулись, губы дрогнули то ли в улыбке, то ли в едва непроявившейся гримасе досады, и Орлид всё же сделал шаг. В сторону, полностью закрывая собой Лирку и перенимая злой взгляд хайнеса на себя.

— Моя семья не посмеет к ней подойти. Обещаю, — Орлид не дрогнул под тяжёлым взором Сильнейшего. — Но сам я готов понести наказание за нынешнее ослушание приказу и за все будущие.

— Молчи! — зашипела на него Лирка. Что он творит⁈ На неприятности нарывается? Так хайнес устроит ему такие, что до конца жизни будет выбираться! Она так испугалась и разозлилась, что забылась и перешла на «ты».

Орлид растерянно встрепенулся, словно не понимая, что ему сказали, а затем неуверенно улыбнулся и слегка порозовел.

Как же Ришу хотелось его клюнуть.

Растерзать когтями.

Выщипать перья.

От души потоптаться на распластанном теле.

Вот гадёныш! Смеет ему перечить! Ещё и с такой наглостью пялится, закрывает собой девчонку, будто право имеет её защищать. Сов внутри исходил удушающим гневом, разъярённо хлопал крыльями и требовал поступить так же, как совсем недавно хотел поступить мастер Илиш.