Книга Печать безумных. Безымянные, страница 295 – Екатерина Гичко

— Дядя Юдриш… — канючил Ханён, хвостиком таскаясь за снующим по гостиной оборотнем.

— Да что ж ты привязался? — не очень довольно, но беззлобно ворчал тот. — Я и не знаю, о ком ты талдычишь.

— Ну как же? — широко распахивал чёрные глазёнки мальчишка. — Худой такой дядя, недавно вышел. Он ещё улыбнулся, а у него тут, — проныра растянул пальцами рот, демонстрируя, — шупов нет.

— Каких ещё щупов? — развеселился Юдриш.

— Ханён, ну что ты пристал? — с расслабленной улыбкой, без особого энтузиазма попытался «урезонить» пацана Нарий, ради которого в гостиную Юдриш и пришёл. С угощением для гостя пришёл. — Вот любопытная мордашка. На заставе всех знал! Новый кто приезжает, мы ещё не знаем, а он всё знает.

— Ты, поди, уже в этом доме больше меня знаешь, — весело подначил насупившегося мальчишку Юдриш и для Нария: — Его даже в подвале ловили. На диво пронырливый мальчик!

— Это он от дядюшек набрался, — с горделивым достоинством отозвался вредитель.

— Я у охраны спрошу, — сердито заявил Ханён и направился к двери.

— Вот упрямый! — восхитился Юдриш.

— Пойду остановлю, — Нарий с тяжёлым вздохом поднялся и не очень-то торопливо последовал за убежавшим ребёнком.

В холле он плечом к плечу столкнулся с почти скатившейся с лестницы Лиркой.

— Где Ханён? — обеспокоенно спросила она.

— Пошёл трепать нервы дяденькам-часовым, — скучающе отозвался Нарий. — Смотрю, ему здесь почти всё позволяют. Господин Юдриш мне минут семь заливал, откуда они сегодня нашего птенца доставали. И подзатыльник он словил только за приближение к хриппуте. Я бы отшлёпал шалопая уже за ободранный куст малины.

— Да её тут много! — обиделась за сына Лирка.

— Но ему почему-то приглянулась соседская.

«Горсть ягод пожалели, жлобы!»— фыркнул Иррес.

Ну, соседская — это действительно нехорошо.

Они вместе с Нарием вышли и остановились на верхней ступеньке парадной лестницы. Под навесом в парке горели фонари, и слуги уже заканчивали накрывать стол под бдительным присмотром прямого как палка домоправителя.

— Дяденька Мариш!

Лирка и Нарий, вскинулись как псы, учуявшие матёрого волка, и напряглись.

— А тут дяденька недавно незнакомый был. Он новый слуга?

«Волчара» медленно повернул голову и надменно взглянул на наглого пацана.

— Ты уже со всеми перезнакомился, заноза. Новых слуг нет, — холодно отчеканил мужчина.

— Но дяденька был!

— Хватит меня донимать. Твоя мать вернулась, иди на ней виси.

Лирка почему-то устыдилась даже.

— С такой наглостью по жизни он не пропадёт, — впечатлённый Нарий покачал подбородком.

— Дядя Мариш, а правда, что вы самый главный разбойник в мире?

Помянув Тёмных, Лирка поторопилась спуститься.

— Нет, — ровно ответил Мариш.

— Жаль, — разочарованно протянул мальчик. — А в Салее?

— Может быть, — уклончиво ответил домоправитель. — Нам не нужно столько соуса, уберите.

— А как стать таким же, как вы?

— Тебе не надоело задавать один и тот же вопрос? — Мариш, не смотря на ребёнка, налил в один из бокалов морс и достал из кармана маленький бумажный свёрток.

Развернул его, брезгливо принюхался, даже на язык попробовал, а потом ссыпал всё в бокал и разболтал.

— Это яд? — звенящим шёпотом спросил Ханён.

Лирка невольно замедлила шаг. Домоправитель явно не собирался причинять вред её сыну и воспринимал его докучливые вопросы как комариное жужжание.