Книга Печать безумных. Безымянные, страница 204 – Екатерина Гичко

— Подлатали? — Узээриш смерил Ёриха беглым взглядом. — Хорошо над тобой постарались. Что случилось-то?

— Да… — рыжий смущённо кашлянул, посмотрел на Нария, будто друг мог помочь ему рассказать историю, которой не знал, и, переборов робость перед главным оборотнем страны, начал: — Мы на ночь остановились на постоялом дворе «Мѐховы харчи»…

— Это на Рья̀влом тракте? — прищурился Риш.

— Да-да, — радостно отозвался Ёрих, взбодрённый участием хайнеса в беседе. — Сняли там комнатёнку, потрапезничали, омылись, и я вниз решил спуститься, поболтать с местными. Вести собрать, а то давненько здесь не бывали.

По лицу Нария можно было прочитать, что он думает о «собирании вестей», но в присутствии хайнеса ругаться на товарища не посмел.

— Только вино пригубил, как к подавальщице привязалась скляда пьяная… простите, Сильнейший, Тёмные за язык тянут.

«Нужен им твой язык!»— презрительно фыркнул Иррес.

— Я в заступ, тот оскорбился и вызвал меня поболтать на задний двор.

Нарий всё же не выдержал и одними губами произнёс: «Идиот». И непонятно, кого он ругал: друга или себя за то, что пустил его одного напиваться.

— А там меня уже четверо поджидали. Двух я положил, а ещё двое сухляды… ох…

— Да ладно, сухляды они и есть, — отмахнулся от невысказанных извинений Риш.

Свойское отношение хайнеса заставило Ёриха почувствовать себя свободнее и раскованнее. Дальше рассказ пошёл побойчее.

— И эти сухляды за арбалет схватились. Я в кусты, а там берег крутой, и я вниз прям в воду. Насилу из потока выбрался и без сознания до утра провалялся. А как добрался до двора, там уж и Нария нет. Я в город. Меня на воротах едва пустили. Ни денег, ни проездных бумаг… Ладно кто-то из часовых сказал, что уже видел сегодня мою рожу в казарме, когда Нарий с тем подлецом к Мхяну с Онтом пришли.

— Это ж как он тебя опознал? — поразился Нарий, осматривая опухшую физиономию друга.

— Да вот у кого-то глаза пометче! — с претензией отозвался Ёрих. — Проводили меня до казармы, а там только Мхян, и он как перепужался…

— Не напужаешься тут, — проворчал парень. — Я уж думал, и Нария порешили, а теперь и до сестры добираются.

— Ох! — Ёрих неловко шевельнулся и скрючился от прострелившей тело боли.

Лирка рванула было к нему, но проникновенное шипение хайнеса заставило её остаться на месте и покрыться холодным потом.

— Сиди под крылом!

Рискнув вскинуть голову, женщина поёжилась, столкнувшись с диковатым взглядом жёлтых глаз. У хайнеса и без того с его белой кожей внешность была малость жутковата, а тут и вовсе колени дрогнули. Лирка осторожно шагнула назад.

— Ближе, — сквозь зубы процедил Риш. — Не нервируй меня.

Опустив голову, чтобы не видеть лиц друзей, женщина подступила совсем близко, соприкоснувшись с локтем мужчины. У Ёриха в изумлении расширился один глаз, тот, который оплыл меньше. Нарий хищно прищурился и смотрел то на Лирку, то на хайнеса. Мхян был единственным, кого ситуация веселила, но он старательно кусал губы и пялился в пол.

Лирка имела наглость нервно посмотреть в сторону окна, и Узээриш этот взгляд поймал. С высоты его роста вообще очень удобно наблюдать.

— Да, рискни, — подначил он. — И тогда я его не удержу, обернусь, и уже к вечеру все бульварные газеты выйдут с заголовками: «Представитель правящей семьи свил гнездо прямо на площади Суда!»; «Хайнес нашёл избранницу»; «Ссора в семье Ийехаидый: невеста сбегает от жениха»; «Кто эта загадочная особа?»; «Когда-то я учился с этой женщиной…» И куча карикатурных зарисовок! Ты учти, меня ведь по хвосту опознают.