Книга Печать безумных. Безымянные, страница 177 – Екатерина Гичко

Лицо магички искажала ненависть.

— Ты? — поражённо выдохнула консери Ахиша, и в её глазах сперва мелькнула растерянность, а затем брезгливая злость. — Ты посмела явиться перед моими…

— У меня не было никакого желания являться перед вами, неуважаемая и ничтожная, — выплюнула Лирка.

Консери побелела, её служанка задохнулась от возмущения, а Викан оторопело переводил взгляд с одной женщины на другую.

Лирку разрывало от бешенства. Она думала, что за столько лет её ненависть утихла и она смогла принять просьбу Весхалия и забыть о мести. Но стоило увидеть красивое лицо этой уродливой женщины, и картины прошлого навалились на сознание. Хотелось уничтожить, вдавить в землю высокомерную тварь и…

«Лиркая, успокойся,— попросил господин Наэш. — Весхалий бы этого не одобрил».

— Ха, — консери наконец опомнилась, — какого воспитания я ещё могла ждать от безродной?

— Конечно, я ведь не чудовище, которое воспитывали такие же чудовища, — ядовито протянула Лирка.

— Ах ты… — госпожа Ахиша шатнулась было ей навстречу, но замерла, в негодовании подрагивая ноздрями.

Наверное, вспомнила, что её происхождение не стало препятствием одиннадцать лет назад и вряд ли защитит сейчас от повторной пощёчины. Зато подорвалась оскорблённая служанка, но Лирка обожгла её таким взглядом, что испуганная девушка замерла на середине пути.

— Идите куда шли, — сквозь зубы процедила Лирка, — пока я ещё держу себя в руках.

— Ты погубила моего сына и ещё смеешь… — вскипела от негодования консери, но магичка её перебила:

— Я не чувствовала своей вины тогда и не почувствую сейчас, так что не утруждайтесь обвинениями! Не убийце кого-то судить.

Госпожа Ахиша побелела и отшатнулась, словно её всё же ударили. Лирка стремительно прошла мимо, торопясь уйти до того, как сорвётся и сделает непоправимое.

— А ну стой! — опомнилась консери.

— Проваливай к Тёмным, высокомерная дрянь! — не оборачиваясь бросила Лирка.

— Прошу меня простить, — Викан улыбнулся ошарашенным женщинам и побежал за магичкой.

— Ты что, — он навалился на её плечи и страстно зашептал на ухо, — вышла замуж за единственного сына семьи Шиндый?!!

— Они ему не семья! — огрызнулась Лирка.

Отделаться от Викана не удалось, да и Лирка была слишком зла, чтобы всерьёз от него отмахиваться. При одном воспоминании о наглом высокомерном лице консери рода Шиндый у неё в бешенстве тряслись все поджилки, а горло ныло и болело от невысказанных злых слов, от заглушённого крика ярости.

«Даже из меня мать лучше, чем из неё»,— презрительно фыркал Иррес, и бывший хайрен не мог с ним поспорить.

Пока они шли, Викан не пытался разговорить Лирку, но стоило им добраться до главной площади, и мужчина потащил её в таверну «Дремучий Жаанидый» для обстоятельного разговора. Горящие прямо-таки нездоровым любопытством глаза оборотня могли бы испугать женщину, но сейчас лишь раздражали.

— Господин, давненько вас не было видно, — обрадовался Викану могучий хозяин таверны. — Оттрапезничать? Куда изволите сесть со своим товарищем… эм-м-м… — брови оборотня приподнялись при виде закованной в плотную ткань мундира женской груди, — со своей подругой?

— Почти сестра, — патетично заверил Викан, развеивая подозрения по поводу их с Лиркой взаимоотношений. — Можно нам вон тот стол в углу?