Книга Печать безумных. Пророчество, страница 33 – Екатерина Гичко

— Но в этот раз он пошёл против истины, — заметил Саврий. — Я настоятельно посоветовал ему написать опровержение, всё же в его писанине много неточного и приписанного от себя. В противном случае мы бросим весточку его товарищам по ремеслу и те вытурят его из города без оглядки на заслуги. Я тут кое-что принёс… — мужчина зарылся в бумагах.

— Лирка-то пришла?

— Проскользнула тихо, аки мышь. И заперлась в своей каморке. Мне кажется, она надеялась, что вам никто не доложит подробностей.

— Серьёзно? — Риша поразила чужая наивность.

— Ага. Она не знала про статью… Но сейчас наверняка уже прочитала. Вот! — Саврий наконец изъял лист и положил перед хайнесом.

Тот с недоумением посмотрел на рисунок. Очень легко, без особых деталей была набросана женская фигура в платье и с чем-то похожим на корону на голове. Несмотря на изящество линий, в наброске поглядывало что-то тёмное. Словно подул ветер и под его порывами клок тьмы сложился в очертания женщины.

— Это они готовили для следующей статьи, резчик даже уже начал вырезать доску для оттиска. Доску тоже изъяли. Нет, ну Резай в этот раз грань перешёл! Какая-то благородная госпожа, рубиновая диадема… И ела Лирка не сердца! Ташей утверждает, что это была шея и то исключительно по необходимости…

— Она была в платье? — перебил Саврия Риш. Он напряжённо, почти не моргая, смотрел на рисунок, всё же пытаясь вообразить Лирку… дану Лиркаа как коварную соблазнительницу и яростную главу рода, которая кого-то там укусила, но этот момент Риш прослушал. Откровенно говоря, он бы не удивился, узнав, что Лирка действительно укусила кого-то в самое сердце.

Ему она точно всю душу искусала, поганка пугливая!

— Пришли-ка её ко мне…

Язвительные слова поддержки Ирреса до сих пор трескучим хохотом звенели в голове, но вот Лирке весело не было. Она продолжала мяться у двери покоев хайнеса под насмешливыми взглядами охранников. Видимо, они тоже газеты читают. Какой-то умник додумался подложить под двери её кабинета букет наломанных роз. Кто-то, не жалея рук, рвал их с куста, оставив следы своей крови.

Оправив одежду, Лирка глубоко вздохнула и тихонечко потянула дверь на себя. Хайнес не ждал её в гостиной, она почти на это не надеялась… Ладно, надеялась, что ей не придётся идти в спальню. Но Сильнейший ранен, причём по её вине. Ему наверняка так плохо…

«Ужасно страдает»,— насмешливо протянул Иррес.

«Почему ты не ушёл?»— возмутился господин Наэш.

«А сам-то!»

Шани раздражённо заревела. Уже сутки эти якобы разумные существа беспокоятся, тревожатся, им что-то не нравится, они злятся. Никакого от них толка! Мужчины умолкли, но Лирка продолжала чувствовать их присутствие.

«Ты только левой половиной лица к нему не поворачивайся»,— посоветовал господин Наэш.

Спрашивать причину Лирка не стала. Миновав гостиную, она осторожно постучалась, надеясь, что хайнес её не услышит, но из-за двери донёсся приглушённый стон и сдавленное «Войдите».

Сильнейший лежал на постели, обессиленно откинувшись на подушки. Выглядел он… Ну таким же неестественно белокожим. От прежнего оттенком не отличался. На лбу компресс, шнуровка на рубашке распущена, нижняя часть тела заботливо укрыта одеялом, только левая ступня торчит.

— Это ты, чудовище? — не открывая глаз, мученически простонал мужчина.