Книга Печать безумных. Пророчество, страница 196 – Екатерина Гичко

И недовольная — а оттого и более суровая — Лирка шла теперь по коридору гостевого крыла в сопровождении госпожи Пандар, которая притягивала все взгляды к себе и, следовательно, к своей спутнице. Шли они в парк, куда уже умчались Ханён и Мхян. И Лирка совершенно не ожидала, заворачивая за угол, встретить хайнеса.

Тот шёл в сопровождении Саврия и выглядел таким же недовольным, как и Лирка. Увидев женщин, он тут же замер на месте, во все глаза смотря на нагло улыбающуюся госпожу Пандар, и отступил назад.

— Твою ма… Майяри! — душевно прошипел Сильнейший.

Глядя на его реакцию, Лирка подумала, что Майяри не так уж и перегнула палку.

— Доброго утра, Сильнейший, — прогудела госпожа Пандар, выступая вперёд. — Саврий, милый, поздоровайся со мной за себя и за своего невежливого господина.

Помощник покорно подошёл ближе и даже приподнялся на носочки, чтобы госпоже было удобнее его целовать, что та и сделала. Два раза, крепко и очень-очень душевно.

— Мало того, что не здоровается, так ещё и шарахается, — госпожа Пандар насмешливо прищурилась на хайнеса, отпуская перемазанного помадой помощника.

— Я не шарахался, а отступил на предписанное приличиями расстояние, — мрачно отозвался Риш.

«Ты смотри, даже наш крылатый в теле уступает госпоже Пандар,— довольно рокотал Иррес. — Только в росте и сравнялся!»

«Наш?»— ехидно уточнил господин Наэш.

Сильнейший действительно рядом с госпожой Пандар выглядел несколько тонковато. Это ж какого мужчину нужно ей под стать? Лирка уже знала из рассказов самой компаньонки — «Такая молоденькая, а уже вдова? Я тоже вдова!» — что муж той умер лет пятьдесят назад. Почему-то упорно представлялся рядом с ней тощий хлыщ, которого горошиной перешибить можно.

«Не под смертного она сделана. Вот рядом со мной… Вы знаете, какого роста я был? На три головы выше этой госпожи!»— хвалился Иррес.

«Болтун»,— вздохнул господин Наэш.

«Эй, я правда был высоким!»— обиделся дух.

— Я так понимаю, вы и есть та самая компаньонка от Майяри? — Узээриш тяжело вздохнул.

— Не нравлюсь? — наигранно удивилась госпожа Пандар.

Почтенная домоправительница дома Ранхаша Вотого в общем-то Узээришу нравилась, относился он к ней уважительно. Но некоторые воспоминания об этой выдающейся женщине били по самолюбию. Риш не хотел бы так позорно шарахаться от неё, но это было сложно контролировать. При прошлой встрече на собрании хозяев города он не отшатнулся при виде женщины только потому, что его сзади подпёр Саврий. Вообще это чисто звериная реакция. Сов внутри взволнованно клокотал, и Узээриш невольно вспомнил ту самую, бьющую по самолюбию ночь, в которую он прилетел к Майяри с самыми что ни есть рабочими намерениями, касающимися её последнего отчёта.

Сов втиснулся в распахнутое по случаю летней жары окно и замер на подоконнике. Видимо, он ошибся комнатой, потому что помещение больше походило на гостиную, чем на спальню. Тихо тикали настенные часы, где-то в глубине дома встревоженно зашипела кошка. Он высмотрел тёмный зев дверного проёма, в котором едва-едва угадывались очертания ступенек, как до слуха донеслось угрожающее:

— Кто это тут посмел проникнуть в дом, когда хозяина нет?

Птица медленно повернула голову и увидела сидевшую в кресле домоправительницу. Компанию той составляли поднос с травяным отваром и пирожными, неизменная трубка и метла.