Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 72 – Екатерина Гичко

Хотя нет. Вряд ли Ярли на него так смотрит. Сама-то она куда лучше. И красивее, и крепче, и сильнее. Рихан, когда в очередной раз смотрел рану на её плече, невольно — видят Боги, держался как мог! — скользнул взглядом ниже, на прикрытые спущенным платьем полушария белых крепких грудей. И подумал, что творец не мог создать её со злым умыслом. Разве такую красоту создают для злодеяний? Она вся была как статуя, выточенная искусным мастером, который годами, а может и десятилетиями обтачивал её, убирая всё лишнее и оставляя только совершенное.

Ей не хватало лишь эмоций, чтобы окончательно ожить.

Но Рихан понимал, что даже её безэмоциональность и откровенная странность уже никак не мешали ему относиться к ней как к женщине. Он каждый день придирчиво осматривал её внешний вид, оценивая состояние одежды. И при любом подозрительном шорохе мигом забывал, что Ярли куда сильнее его и защищать её точно не нужно. Но воспитание, данное ещё матерью, требовало иного от него, как от мужчины. Рихан всё реже и реже вспоминал сказанные Господином слова, что Ярли не женщина, и всё больше убеждался, что Господин в очередной раз неправ.

Ярли женщина.

У неё тело как у настоящей женщины.

Да, она ведёт себя несколько странно, но сейчас он почти этого не замечает. В конце концов у всех есть свои особенности. Да, она сожрала парочку, ну может тройку оборотней. Рихан тоже не очень законопослушный, и сейчас его больше беспокоило, что если тело Ярли придёт в негодность, то придётся искать кого-то… ну… для трапезы. Но можно же найти каких-нибудь злодеев. Что делать, если её такой создали? Её ли это вина? Это вина создателя. Мог бы дать ей хотя бы аппетит, а то она ягоды и шишки с одинаковым энтузиазмом жуёт.

Нет, Ярли совершенно точно женщина. А если ей в волосы вплести цветы, то даже обычное её неподвижное выражение лица смягчается и немного оживает. Рихану до сих было неловко за то, что он, пользуясь тем, что Ярли не противится, начал украшать её по своему усмотрению. Поступок был совершенно спонтанный. Просто поутру заплетал ей волосы, и в глаза бросился тёмно-розовый пышный цветок, распустившийся ночью. Холодной красоте Ярли его яркая откровенно живая красота очень пошла.

Рихан мысленно корил себя до самого привала, а вечером, перебирая содержимое мешка, неожиданно подумал, что второй браслет, который он забрал из Жреческой башни, можно отдать Ярли. Он хорошо бы смотрелся на её запястье. И выглядел бы как опознавательный. Если потеряется, искать будет легче. Рихан бы просто показывал на свой браслет и спрашивал бы, не видел ли кто женщину с точно таким же.

Но тут весьма вовремя явился Господин.

«Побрачеваться решил с ней?— ехидно пропел в голове опротивевший голосок. — Давай-давай, тогда будет накрепко к нам привязана».

Рихан выронил браслет, а затем, опомнившись, запихал его поглубже в мешок, от греха подальше. И вцепился дрожащими пальцами в тот, что был на его запястье. Он и ранее пытался его снять, но так и не смог разобраться с замком. Правда, не очень-то старался: проверка показала, что опасности в украшении нет, так что и не тратил попусту время. А оказывается, тут опасность в другом.

«А откуда они у тебя?— запоздало опомнился Господин. — Ты залез в башню⁈ Ах ты ворюга!»