Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 414 – Екатерина Гичко

Пояснять не нужно было. Теперь понятно, почему Истаридан не считал детей мира достойными защиты Ирреса. Ведь, по его мнению, это они были причастны в возможной смерти Ирреса.

— А Ирресашау был далеко от тех мест. Услышав о случившемся, он сразу бросился разыскивать Ояннодера. А вернувшись, узнал, что его горячо любимый друг проклял его братьев и сестёр из мести Зоэраду. Истаридан и Иррес всё же очень похожи. Скоры в решениях. Иррес пошёл и отместку убил правящую семью Хоётора. А затем принялся вместе со своими проклятыми братьями и сёстрами готовить месть всем причастным в проклятии. Мне в том числе. Но я не в обиде на Ирреса. Это было отчасти справедливо.

— А Доадар?

— А Доадар… — господин Исхедиар умолк и задумчиво искривил губы. — Бежал. Спрятался. Последствия были так ужасны, что он не хотел верить, что причастен к этому. Только Истаридан всё равно докопался до истины. Не знаю как, но он узнал правду. И опять возжелал мести, уже и за порушенную дружбу. Доадар тогда прятался в Гава-Лиимских садах. Лавридая и Куадар ничего не знали и не захотели выдать его, и взбешённый Истаридан проклял их сады. А дальше уже всё более-менее сходится. Обезумевший Иррес развязал войну в Хоёторе, и здесь наступила эра Сражающихся Солнц. Простая история, да? Один страшный случай, одно недопонимание и далее уже череда осмысленных действий, которые разрушили всю жизнь и целую страну.

Лирка потерянно смотрела на воду, пытаясь осознать, за что же тогда сражались Иррес и Истаридан. Получается, они сражались из-за иллюзий?

Стало так жутко, что она даже чуть-чуть порадовалась, что Иррес так и не узнал правду.

Но почему он её не узнал?

— Он, — она посмотрела на бога, — не рассказал Ирресу?

— Конечно, нет, — для господина Исхедиара это словно было само собой разумеющимся. — Когда я вновь стал духом и отправился сюда, Истаридан уже вышел из круга мести.

Лирка непонимающе посмотрела на него.

— Обида цепляет обиду, а она цепляет новую обиду и месть становится бесконечной, — объяснил Исхедиар. — В какой-то момент кому-то нужно выйти из этого круга, чтобы остановить его. Истаридан хотел, чтобы Иррес опять обрёл разум. И он видел, что месть и новая боль вводят Ирреса во всё большее сумасшествие. А что бы он сделал, если бы узнал, кто истинный виновник?

— Пошёл мстить, — женщина сглотнула.

— Он, — дух кивнул на бога, — не хотел этого. Как раз вернулись Родители, и они начали наводить порядок и наказывать виновных. Пытались лечить сумасшедших, но повреждения разума сложно исправить. Они так и не нашли способа вернуть им разум. Среди них было много злобных безумцев, сошедших с ума из-за битв и желавших их продолжать. Победитель же всегда прав, так? А они хотели избавиться от чувства вины. Верили, что это поможет им стать прежними. Но как прежде уже ничто не стало бы. Родители решили, что ради благополучия мира нужно убрать эту угрозу. Уничтожить большую часть безумных духов. Истаридан отдал Хоётор для содержания безумцев, чтобы Иррес продолжал жить. Это стало его платой.

Напоминание о плате заставило Лирку болезненно сжаться. Она щёлкнула пальцами, пытаясь зажечь светляк, но не вышло даже самой слабой искры. Теперь внутри появилась ещё одна пустота.

— Всех безумцев заперли здесь. Родители создали специальные ворота, чтобы они могли спускаться сюда из мира бессмертных, выдали каждому ключ, который нужно было отдать смертному, а Истаридан стал Надсмотрщиком. Он следил за духами, осаживал самых яростных, у кого-то забирал силы… Только Иррес был всё так же безумен. Полагаю — об этом я знаю только со слухов, — что Истаридан решил отказаться от разума, чтобы понять, что именно переживают безумцы, и найти выход из их болезни. А Доадар, тогда уже Идоара, воспользовался его уязвимым состоянием. И всё, порядок здесь полетел в бездну.