Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 335 – Екатерина Гичко

В шатёр Хо-ёта-х даже в то время, когда он был Хо-ёта-си, никто не смел войти без его дозволения или разрешения старшей жены-матери.

Они постояли в нерешительности у порога, прислушиваясь к голосам невольных спутников, которые уже прошли во внутренние комнаты и, похоже, забрались на второй ярус. Переглянувшись, обе женщины осторожно подошли к столу, накрытому тканью. Их притянули умопомрачительные запахи съестного. Более смелая То-нии осторожно приподняла край покрывала, и обе женщины сглотнули, увидев расставленную в тарелках снедь. Похоже, хозяева собирались трапезничать. Воровато осмотревшись, То-нии стащила с тарелки кусочек мяса и засунула его в рот раньше, чем А-ара успела её остановить. Юная жрица сердито на неё зашипела, затравленно осмотрелась и торопливо раздвинула куски так, чтобы убыль не была заметна. И жадно облизав пальцы, отступила сама и оттащила То-нии.

— Они всё равно должны нас накормить, — впрочем, сестра не очень противилась.

— Дурно хозяйничать на чужой территории! — сердито отозвалась А-ара. — Мы только прибыли. Не нужно искать неприятности. Ещё неясно, как мы тут жить будем. И… — голос её дрогнул, — будем ли.

— Хватит приманивать неприятности, — теперь разозлилась То-нии. — Господин наш дурной, в голове у него сущий бардак, но он нас защищает. Кто посмеет против него идти?

А-ара немного удивлённо посмотрела на сестру, уловив в её голосе куда более мягкие нотки, чем обычно, когда та говорила про Господина. То-нии сделала вид, что не заметила её взгляд. Но сама вновь вспомнила, как Господин закрывал её от взгляда чужого Господина, защищая ту жалкую жизнь, что зрела в её чреве. Даже она ни разу не осмелилась подумать о том, чтобы защитить эту жизнь: собственное существование почти подошло к грани, из-за которой не возвращаются, и она не видела перед собой будущего, в котором держит на руках новорождённого. Впервые этого ребёнка кто-то защитил.

Мужчины вышли, держа в руках одежду, схожую с той, что скрывала их собственные груди и спины, и маленькое покрывало. Ноздри их хищно шевелились, они явно были довольны. Видимо, тот самый Ша-мян-х был тем, кого они искали.

С улицы донёсся крик ребёнка. То-нии болезненно дёрнулась и резко повернулась, словно хотела броситься наружу, но опомнилась и отшатнулась за спину А-ары. Привычная выдержка изменила ей. А-ара сразу поняла, какая именно боль пронзила сестру, и решительно развернула плечи, готовясь защищать её. То, что То-нии сама спряталась за неё, добавило ей сил.

Дверь распахнулась, и внутрь ворвалась молоденькая женщина с маленьким ребёнком на руках. Она тут же замерла, почти не мигая смотря на застывших мужчин, а затем нервно улыбнулась и заговорила на языке салея-са. А-ара оторопела. Рото-Ё так далеко от границы, а юная жена жреца знает язык южного врага. Почему стало стыдно за собственное незнание. Главный из мужчин ответил юной хозяйке, медленно и чётко проговаривая каждое слово. На свежем личике той сперва появилось недоверие, а затем ясная, совершенно искренняя улыбка украсила её губы и глаза наполнились слезами. Хозяйка заговорила торопливо, сбиваясь и морщась в напряжении. Почему-то показала свою дочь, опять затараторила, и, казалось, её распирала радость. Радость и громадное облегчение. Главный из оборотней прижал руку к сердцу, и А-аре почудилось, что он растроган. На лице хозяйки появилось суетливо выражение, и она махнула рукой в сторону стола, но мужчины помотали головами, что-то сказали, и женщина поспешила посторониться, выпуская их наружу.