Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 151 – Екатерина Гичко

— Все не пойдём, — Леший с благодарностью посмотрел на Вархая, который всё же принял решение идти. — Пойдёт Леший, как самый заинтересованный. И я, как маг. Остальные остаются здесь. И ни в коем случае не вмешиваетесь, иначе это комарьё и вас пожрёт.

Тут со стороны гнездовища пахнул ветер, и весь отряд дружно скривился от запаха.

— Тьфу ты, срань какая! — сплюнул Вархай. — А если я задохну… сдохну, командование на себя возьмёт Ширан. Ох, ты ж Светлые боги! Что ж они так воняют⁈

От гвалта закладывало уши. Ящеры носились над головами, визжали, хлопали крыльями, а также носились по «плотине», клацая когтями по дереву. Вымазанные в грязи так, что только глаза виднелись, Вархай и Леший не сразу решили выбраться из жижи, в которую превращалась вода рядом с гнездовищем. Вонь стояла такая, что уже через минуту мужчины перестали хоть что-то чуять. Хотя в первое мгновение даже Лешиего чуть не стошнило, когда он увидел, во что им придётся лезть. В соглядатайской службе в чём только ни приходилось валяться, но в таком всё же не доводилось. Вархаю пришлось ещё тяжелее. В жизни его грязи было немало, всё же отдал военной службе без малого два века, но за последние годы чистенькой службы охранителем успел отвыкнуть.

Пока ящеры внимания на них не обращали. Вархай полез первым и выбрался на брёвна тёмно-серой обтекающей гусеницей. Рядом точно такой же гусеницей лёг Леший. Мимо проклацал когтями вопящий ящер, и мужчины, убедившись, что пока на них не смотрят, осторожно поползли вперёд, оставляя за собой грязный след.

Они уже одолели почти половину пути, когда перед Лешием плюхнулась потрёпанная и малость облезлая ящерица. Она с требовательным скрежетом сунула морду прямо в лицо помертвевшего мужчины, но, не успел Леший помолиться, отшатнулась и с воплем напрыгнула на кого-то скрытого в ворохе ветвей. И дальше запрыгала прочь на одной лапе, сжимая во второй тощего пищащего ящерёнка.

Перевели дух, поползли дальше. На склон холма из валежника забирались очень осторожно, после каждого движения припадая к вонючей древесине. Первым до края добрался Вархай. И округлил глаза на Лешиего. Тот понял, что там нечто невероятное, и поспешил заглянуть.

Внутри лежала огромная, самая большая из всех виденными ими здесь ящериц. Она каталась на спине, игриво взрыкивала, а по её чешуйчатому пузу ползала парочка ящерят. Как раз с Лешиего размером.

Мужчины переглянулись. Хлама в гнезде хватало. Тут лежали и кости разных размеров, и разлагающиеся шкуры, всякие деревяшки, и вещи, явно созданные руками. Лешиему показалось, что он увидел под башкой ящера тележное колесо. Но вот это гнездо — выемка среди умятых стволов — было лишь «парадной». В стенке зиял тёмный проход, и из него как раз высунулась голова третьего ящерёнка. Видимо, это была «детская», потому что сама мамаша туда бы не протиснулась.

Надо было как-то отвлечь внимание мамаши. Вархай долго рылся в одежде, а точнее, под наслоениями грязи, и на конец выудил чёрный шарик. Что-то шепнув, он швырнул его на другую сторону гнезда. Бухнуло. Самка мигом перевернулась, опрокинув ящерят, вскочила и взобралась на край гнезда. Леший тут же у неё под хвостом скатился вниз и нырнул в «детскую», потеснив недовольно зашипевшего ящерёнка. Кое-как запалил светляк и торопливо осмотрелся. Всё гнездо ходило ходуном, пока мамаша проверяла, что это там издало такой громкий звук. Внутри оказалось куда уютнее и чище, чем снаружи. Пахло всего лишь болотом и кишечными газами.