Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 125 – Екатерина Гичко

— Ох, что-то я сомневаюсь… — Риш вдавил печать в подушку с красными чернилами и приложил её к бумаге.

— Поверьте мне, дарен… Сильнейший. Я эту девку вон сколько лет знаю. Сама себе на уме, горячая, но если в самую горячку придержать, потом сама за разум берётся. Так что… Эт что? — Гед, сведя брови, склонился над приказом, всматриваясь в печать.

— Ах ты ж… — Риш досадливо прикусил губу, так и не выругавшись до конца, и посмотрел на печать в своей руке. — Перепутал.

Повисло молчание.

— Отрежем вот эту часть, — Узээриш пальцем провёл выше красного оттиска, — а сверху нормальную приложим.

Хоёторцы до самого вечера себя никак не проявляли. Один за другим возвращались соглядатаи с неутешительными донесениями: врага слишком много, подобраться не вышло. На сердце у Лирки становилось всё тяжелее, и она уже не покидала двор за первой стеной и с надеждой встречала всех, кто возвращался с вражеской стороны. Иррес отирался рядом.

— Плохо дело, — ворчал дух. — Эти психи никак действительно воевать решили. Неужели договориться между собой смогли? С прошлого поражения не так много времени прошло. Они наверняка вину друг на друга скидывают, как тут договориться? Хотя это же сумасшедшие… Напугало что-то? Взбрела идея какая в голову? Чего их опять сбило?

Вся застава замерла в тревожном ожидании.

— Готовность! — прогремело со стены.

— Пошли посмотрим, — потребовал Иррес.

Лес горел огнями костров. И на фоне пламени были хорошо видны суетящиеся фигуры.

— Кажется, нападать решили, — пробормотал Иррес.

Лирка бросила взгляд наверх. На смотровой площадке стояли хаварий и хайнес.

— Вон, шевелятся, — привыкшие к набегам служивые сразу обратили внимание на темноту, колеблющуюся по краю Леса. — Гляди, как много.

Тёмная широкая линия разделила светящиеся Лес и травяную полосу и растянулась почти на полторы версты.

— Пошли!

— Готовность! Ждать! Не стрелять!

Чёрная линия двинулась к границе. Смешалась она неравномерно, и на востоке стремилась к границе быстрее, чем на западе.

Вдруг напряжённую тишину прорезал рёв.

— Чего это?

Рёв показался знакомым, но Лирка никак не могла припомнить, что за зверь. Но точно не дракон, и рычит на стороне врага.

Чёрная линия напротив заставы замерла, а затем вовсе разорвалась, открыв светящуюся луговую траву. Раздались испуганные вопли, хоёторцы сместились в разные стороны, чернота местами уплотнилась. Кто-то явно внёс смятение в стан врага.

Раздался оглушительный хлопок, и в ночном небе над Арван-Ё расцвёл огненный цветок.

— На городище напали!

Вслед за искрами огненного цветка вспыхнула струя огня, и разнёсся драконий рык. Ночное небо осветилось пламенем, и верхние ярусы Арванского городища выплыли из тьмы, явив тёмные глазница арок. Нахлынувшая на городище чернота хоёторцев откатилась, и до слуха заставников донесли крики. Луг вспыхнул.

И хоёторцы покатили назад, к Лесу.

— Что такое? — загудели служивые.

Хаварий с прищуром всматривался в тёмную полосу нападавших. В светящемся разнотравье луга было хорошо видно, как отступает противник. Сперва линия замерла напротив заставы и рассыпалась, а уже от неё на восток полоса нападавших начала замирать и откатывать назад. Те, кто был напротив Арванского городища, успели добраться до развалин, но, встретив яростное сопротивление и увидев, что союзники бросились прочь, тоже отступили назад.