Онлайн книга «Салейские хроники»
|
— А с памятью что? — требовательно спросил Зразый. — Так не помнят же излеченные ничего. Нарочно память калечат. Они ж, больные, сразу после излечения глаза открывают и мальчика видят. Типиш ещё печать какую-то придумал. Точнее, не он, а какой-то из сторонников-проходимцев. Я уж не знаю как, не по моему уму дело, но завязывают они образ мальчика на образ кого-то из близких и вычищают полностью из памяти. — Не понял… — Да что тут непонятного? Берут отца, в памяти бедолаги делают так, чтобы образы отца и мальчика становились одним целым, и все воспоминания, связанные с папенькой, вычищают. Ведь большой кусок воспоминаний о близком легче отыскать в бездонной памяти, чем один миг встречи с мальчиком. А остальное всё в памяти закрывают. Украсть все воспоминания оказалось не под силу. Ох, папа, я смотрю иногда на них и изнутри разъедаюсь. Они ж порой что-то вспоминают, а просвещённые братья говорят им, что фантазии всё. Папеньку помнишь? Или брата? Мужа? На кого они там образ мальчика навязали. Нет? Значит, не проснулись воспоминания. А как они вспомнят, если об одном-единственном все воспоминания вычищены совсем? — Как совсем? — Зразый почуял, что пол уходит из-под ног. — Ну… подчистую. Боги, господин Винеш будет в ужасе. — А что за печать? — Да боги её знают, — в голосе старика появилась вялость. Зелье и сонный порошок опять брали своё. — Я ж совсем не по этому делу. Да ты сам взгляни, она в алтаре хранится. Там… у-у-у-ва-а-а-а… — привратник широко зевнул, — молитву прочти. Или так загляни. Ты ж умер… Старик всхрапнул, и Зразый погладил его по голове. — Спи, мой сын. Всё прощаю. Двери дома для тебя всегда открыты, буду ждать. И, уложив, похрапывающего привратника на скамью, подступил к трибуне. Ничего больше похожего на алтарь рядом не было. Парень внимательно осмотрел резные цветы и заметил в лунном сиянии щербины. Запалив светляк, он различил ползущие по стеблям буквы и задумчиво почесал башку. — Эй, Темаш, сынок, а какая молитва? Привратник заворчал, но всё же ответил: — Наша… но с середины направо, а потом налево… словами… — Словами? — Не задницами… — сладко причмокнув, старик повернулся на бок. — А, — сообразил парень. По деревянному стеблю вверх поднималась одна строчка из уже известной Зразыю молитвы. «Подари исцеление нам, не врагам нашим» — Так, шесть слов, с середины, направо, потом налево, не задницами… — пробормотал парень и, откашлявшись, выразительно продекламировал: — Не врагам нашим, нам исцеление подари. Ничего не произошло. Оборотень досадливо зашипел, долбанул трибуну коленом и опустился на корточки. Не, ну дурак! Это ж не слова заклинания. Как тайник откроется, если он прочитает их вслух? Может, их погладить? Нажать? Ногтем по выемкам провести? Первая же попытка увенчалась успехом. Зразый с усилием надавил на «не», и слово с клавишным щелчком ушло вглубь. — Так, направо… — облизнув губы, парень провёл пальцем по «врагам» и «нашим», а дальше немного замешкался. — Не задницами… — и провёл по «нам», начиная с самой первой буквы. Слово утонуло в стебле, и оборотень надавил на «исцелением», а потом на «подари». Боковая крышка отскочила так рьяно, что долбанула Зразыя по лбу. — Твою… Приманив светляк, оборотень заглянул внутрь и увидел одну полку, на которой лежал свиток и тонкий кожаный бювар. Осмотревшись и прислушавшись, Зразый торопливо вытащил находку и раскрыл бювар. Торжествующее шипение сорвалось с губ. |