Книга Замок дракона. Дилогия, страница 208 – Ольга Шерстобитова

Бросила последний взгляд на Ривлада и переместилась к ведьме.

* * *

Я пришла в себя только на четвертые сутки. Надо мной хлопотала Ларинда. Объясняться не пришлось, потому что за столом невозмутимо ел кашу владыка Датерей.

— Что произошло? – поинтересовалась я.

Не просто же так он здесь находится?

— Мне было настолько плохо, да?

— Все силы ушли, вот и погрузила тебя в сон, чтобы восстанавливались, – ответила Ларинда.

— Датерей, а ты что тут делаешь?

Владыка эльфов ответить не успел.

— Прячется, – ехидно сдала его ведьма.

Я приподнялась.

— Ривлад бушует так, что из замка сбежали все, включая твоих друзей. А вчера наш дракон грозился, что если не получит разумное объяснение до вечера, пойдет воевать с эльфами, – невозмутимо заметил Датерей.

— И что вы намерены делать?

— Все драконы невменяемы, когда влюблены, – задумчиво отозвался эльф. – Абсолютно невменяемы, вспыльчивы и неадекватны. Надеюсь, просто успокоится.

— Ты и три дня назад на это надеялся, – ухмыльнулась Ларинда. – А толку-то… Отголоски его боли даже до меня доходят.

М-да… С этим надо что-то делать.

Датерей невозмутимо доел кашу, подошел ко мне и сел на кровать.

— Напиши Ривладу записку, Эва.

— Но это же навредит…

— Я кое-что проверил, пообщался с матерью, и мы пришли к выводу, что ты можешь написать пять слов, не больше. Иначе ситуация выйдет из-под контроля. Мне не хочется терять друга, начинать войну и…

— …этого всего не было бы, не окажись я его индарией, – закончила я за Датерея.

Тот кивнул.

Я посмотрела на эльфа, потом на ведьму.

— Вреда точно не будет?

— Точно, – ответили хором.

— Если не напишешь, дело обернется плохо. Ты ведь понимаешь, что когда окажешься невидимкой, вред он тебе причинить не сможет. Но… Ты хоть раз видела Ривлада взбешенным?

Я неуверенно кивнула.

— А теперь умножь это в тысячу раз и представь, что после нас весь гнев обрушится на тебя, – припечатал Датерей.

Я представила. Подумала. И захотела спрятаться.

— Давайте бумагу.

Эльф тут же достал чистый лист и перо с чернилами.

— Пять слов.

— Имя тоже писать?

— Нет. И так поймет, – сказал Датерей. – Почерк, аура…

— А почему ко мне вернулось зрение? – вдруг осознала я.

— Битва состоялась, Торнах мертв, – пояснил эльф. – Если бы не это, мы не разрешили бы тебе написать записку.

— Но Гилания сказала, что должен почти год пройти. И если любовь Ривлада не исчезнет, только тогда зрение вернется, – удивилась я.

— А у нас все к темной бездне летит, – невозмутимо махнул рукой Датерей. – Видимо, Ривлад не разлюбит тебя ни при каких обстоятельствах, поэтому заклинание и отступило. Слава богам, что внешность держится!

— А как будем действовать дальше?

— Как и планировали. До конца года останешься у Ларинды. Здесь ты в безопасности, до Ривлада далеко.

Я с трудом спрятала улыбку. Когда это у грозного владыки эльфов слова «Ривлад» и «опасность» ассоциировались вместе?

— Затем отправишься во дворец, наймешься служанкой. И постараешься найти Азара. А теперь пиши.

— Ривлад поймет, что я жива?

— Вряд ли, – сказал Датерей, хитровато улыбаясь. – Я скажу, что есть древняя магия, пророчество и письмо, которое сегодня ко мне попало. Пусть делает выводы. К тому же уверен, что друзья, вынужденные прятаться в подвале от драконьего гнева, найдут возможность убедить Ривлада в том, что это знак от тебя. Пусть ты за гранью, но даешь ему понять, что вернешься.