Книга Почем нынче русалки, страница 160 – Ольга Шерстобитова

Я плыла медленно, наслаждаясь тем, что к берегу меня несут волны. Сами. Кто знает, как я далеко уплыла за эти два дня? Главное, даже кольцо Лира не удержало меня, хотя сжимало болезненно пальцы, напоминая мне о нем. Только я ведь итак бы уже не забыла. Как можно забыть о том, кто стал для тебя сердцем? Как можно забыть о том, кто в бессильной тоске ждет тебя на берегу, вглядываясь в беспросветную ночь? Как можно забыть о том, кто для тебя стал дороже мечты о море, свободе, русалках и Серебряном городе? Я ведь знала, что мне нужно было сделать выбор. И я его сделала. Не задумываясь. Зная, отчего отказываюсь. Сделала, шагнув, словно в пропасть, и не оглянулась даже. Сделала, потому что прежде всего я влюбленная до безумия женщина, не способная представить, как буду существовать без любимого.

Будут ли у нас испытания? Будут. Будут ли трудности? Будут. Несомненно. Буду ли я сожалеть о том, что не уплыла? Нет. Буду ли я сожалеть о том, что полюбила? Тоже нет. У каждого своя судьба и свой путь, и я должна пройти его, хоть это и будет непросто - жить без такой красоты и величия, которое дает море, и чувствовать постоянную тягу сюда вернуться. Лир не отпустит. Никогда. Даже, зная, что я вернусь. Хотя, сейчас вот отпустил...Он для меня до сих пор загадка, мой принц. Любимый, желанный, единственный.

Я приплыла к берегу на исходе третьего дня, когда солнце садилось, заставляя снег на деревьях и камнях, сверкать. Надо же, я даже забыла, что сейчас почти зима. Совсем немного и осенний месяц закончится, и я буду ждать лета, которое сменит весну.

Первым меня увидел Аран. Я заметила, как он окликнул неподвижно стоящего в черном плаще Лира, вглядывавшегося в подступающую темноту, и Даринель с лешим, сидящих возле костра. Они метнулись ко мне, замершей на покачивающейся волне все разом, но отмерший Лир, оказался быстрее.

Заостренные скулы, твердый подбородок, а глаза...на грани отчаяния, в которых плещется безумие. Мне показалось, что он постарел на несколько лет за эти почти трое суток. И, наконец, оказался рядом со мной. По пояс в воде, полностью одетый, замер в набегавших на берег пенных волнах, и осторожно протянул ко мне руки. Аран и Даринель остались чуть позади, встревоженные, готовые к чему угодно. Вот дают. Я, конечно, подозревала, что все плохо, но не настолько же. Один леший молодец, стоит на берегу и почти зимой в ледяную воду не лезет.

Я посмотрела на них всех разом, прикидывая, как лучше всего остановить их панику.

— Ты пришла попрощаться? - спросил Лир спокойным голосом, опуская протянутые руки.

Попрощаться? Это он о чем? Как же сложно понимать мужчин, оказывается. Почему я должна прощаться с ними? Они что решили, что я хочу уплыть к русалкам? Судя по похоронным лицам - да. Отсюда такая паника?

Я оказалась рядом с Лиром в одно мгновение. Спасибо преимуществу в виде рыбьего хвоста, перемещаться в пространстве с ним гораздо легче.

— Я вернулась, Лир, - сказала я тихо, вглядываясь в непроницаемые серебряные озера его глаз. - Я вернулась к тебе. Насовсем, - добавила я еще тише.

И неожиданно поняла, что в море мы оказались одни. Только он и я. И мы просто стоим в воде, хотя меня сложно назвать стоящей, и смотрим друг на друга. Он - на меня. Я - на него. Он - на меня. Я - на него. И отрываться от этого увлекательнейшего занятия, ну, совсем не хочется.