Книга Русалочья заводь, страница 17 – Ольга Шерстобитова

— Кто такая дочь Авроры и кто такая Аврора? — спросила я, поедая яблоко. — Та самая русалка?

— Аврора — сестра моего отца, моя тетя, — сказал Глин. — Она пропала несколько лет назад, никто не знает, как так вышло, но в живых ее нет. Нам сказала морская ведьма. Она никогда не лжет. Она же дала пророчество, что вернется племянница короля, и все измениться. Русалки смогут иметь детей столько, сколько захотят, потому что она разбудит дитя небес.

— Дитя небес? — спросила я.

— Да. Никто не может точно истолковать пророчество, — сказал Тит. — Еще там сказано, что она вернет русалам возможность вернуться на землю, изменит законы магов, восстанет против зла, — сказал русал.

Я хмыкнула.

— Как выглядела Аврора? — спросила я заинтересовано.

— Никто не помнит, — сказала Ария.

— Это как? — спросила я удивленно.

— Пророчество стерло память русалок об Авроре, это было ценой, которою мы заплатили за правду морской ведьме.

— И как же вы ее узнаете? — спросила я пораженно.

— Король помнит Аврору. Он — единственный, кто сможет ее узнать, — ответил Глин. — Кстати, мой отец ждет тебя сегодня вечером во дворце. Будет бал, и он хочет с тобой познакомиться и поговорить, — сказал принц.

Час от часу не легче.

— Как я должна одеться? — спросила я спокойным голосом, понимая, что отвязаться не удастся.

Ничего. Схожу, познакомлюсь и буду жить дальше спокойно и мирно.

— Как хочешь. Можешь просто остаться русалкой. Никаких правил на этот счет нет, — сказал морской принц.

Я кивнула.

— Покажешь нам дом? — спросил Тит.

— Да.

— Мы пойдем, Ариадна. Встретимся на балу, — сказала Ария.

— Хорошо.

Я проводила всех гостей до порога, заметив, что количество русалов и русалок за моей изгородью возросло, и их ведь будет еще больше после рассказа Глинды и Арии. Я с ними поздоровалась, попрощалась с русалками, и вернулась на веранду, где меня ждали принц и советник.

Я показала каждую комнату, и им понравилось. Глин сказал, что сам бы здесь с удовольствием пожил. Ага, размечтался. Пущу я его, ишь какой хитрый. В итоге с принцем и Титом я распрощалась, договорившись, что мы встретимся с ними вечером в шесть примерно, чтобы отправиться на бал вместе.

Я вернулась в дом, погладила лимфила, который превратился в рыжего котенка, и спал на моей кровати, и прилегла с ним рядом, и как всегда заснула. Очнулась только тогда, когда Глин в светло-голубой рубашке и белых брюках тряс меня за плечо.

— Что случилось? — спросила я, садясь на кровати и зевая.

— Ты забыла про бал. Начало седьмого уже.

Я испуганно посмотрела на Глина.

— Ты можешь подождать минут десять, я приведу себя в порядок, — попросила я, понимая, что извиняться поздно.

— Да, Ариадна, — все-таки терпение у этого принца, хорошее.

Мои десять минут переросли в час. Большую часть времени я металась по комнате, не зная, что одеть. Зажмуривалась и представляла на себе разные наряды и прически, а потом понимала, что это все — не то.

В итоге я села напротив зеркала, посмотрела на себя, обреченно вздохнула и сотворила то самое платье и прическу, которые были у меня на балу с Лиром. Синий шелк с вышитыми серебряными лилиями был великолепен. Лимфил взлетел ярко-синей бабочкой в волосы, заколотые повыше несколькими невидимками.

Я задумалась об обуви. Хрустальные туфельки наколдовать не получилось, пришлось остановиться на серебряных босоножках на высоком прямом каблуке. Дальше — легкий макияж все в тех же серебряных тонах, легкий блеск для губ. Вроде бы все. Не хватало ожерелья и серег, подаренных Лиром. Как жаль, так хочется, чтобы они оказались рядом. Я уже была возле двери, когда что-то звякнуло за моей спиной. Я обернулась и увидела на кровати ожерелье и серьги, о которых так мечтала.