Книга Академия волков. Темная кровь, страница 52 – Ульяна Соболева

Его рука поднялась, пальцы мягко коснулись моей щеки.

— Я люблю тебя, АлАя Морен.

Воздух застрял в лёгких.

— Не из-за того, что ты последний Страж. Не из-за твоей крови или силы. Просто... тебя. Твой сарказм, который режет острее ножа. Твою силу, которая заставляет тебя вставать каждое утро, несмотря ни на что. Твоё сердце, которое ты прячешь за колючей проволокой, но которое больше и добрее, чем ты признаёшь.

Боже. Он любит меня. По-настоящему.

— Кайр...

— Не говори ничего, — прошептал он. — Просто... позволь мне это. Одну ночь. Позволь мне показать тебе, как сильно.

Его губы коснулись моих — мягко, вопросительно. Просьба, не требование.

Я ответила на поцелуй, и что-то внутри меня треснуло. Все стены, которые я так тщательно строила, начали рушиться.

Поцелуй углубился. Его руки скользнули в мои волосы, прижимая ближе. Моя спина оказалась прижата к стене, его тело — твёрдое, горячее — прижалось к моему.

— АлАя, — выдохнул он между поцелуями. — Если ты хочешь остановиться, скажи сейчас. Потому что через минуту я не смогу...

— Не хочу останавливаться, — прошептала я, и это была правда.

Что-то вспыхнуло в его глазах — голод, желание, любовь — всё смешалось в один изумрудный огонь.

Он поднял меня, и мои ноги обвились вокруг его талии. Пронёс через комнату к кровати, положил так осторожно, словно я была чем-то священным.

— Я никогда... — начала я, и щёки предательски запылали.

Понимание озарило его лицо. Что-то смягчилось в глазах.

— Я буду осторожен, — пообещал он. — Обещаю.

И он был.

Боже, он был.

Каждое прикосновение было нежным. Каждый поцелуй — обещанием. Он не торопился, изучая каждый изгиб моего тела, как будто запоминал карту нового мира.

Одежда исчезала медленно. Его рубашка. Моё платье. Каждая новая открытая часть кожи встречалась поцелуем.

— Ты прекрасна, — шептал он. — Совершенна.

Я не чувствовала себя ни тем, ни другим. Я чувствовала себя уязвимой. Обнажённой. Но... в безопасности.

Когда он вошёл в меня, я вскрикнула от боли. Он замер немедленно.

— Прости, прости, — целовал слёзы на моих щеках. — Хочешь, чтобы я остановился?

— Нет, — прошептала я. — Просто... дай мне секунду.

Он ждал, неподвижный, пока боль не утихла, превратившись в что-то другое. Наполненность. Близость. Правильность.

— Можешь двигаться, — выдохнула я.

И он двигался. Медленно. Осторожно. Каждое движение контролируемое, отмеренное. Его самоконтроль был абсолютным.

Слишком абсолютным.

Удовольствие нарастало волнами. Я цеплялась за его плечи, ногти оставляли полумесяцы на коже. Он стонал, лицо уткнулось в изгиб моей шеи.

— АлАя, — выдохнул он мне в кожу. — Ты... боже...

Ритм ускорялся. Контроль начинал ускользать. Я чувствовала, как его тело напрягается, как дыхание становится рваным.

И тогда это случилось.

Его зубы впились в моё плечо.

Боль была острой, быстрой. Я вскрикнула, но не от страха — от неожиданности.

Кайр замер. Его тело окаменело над моим.

Через секунду он резко отстранился, откатываясь на другой край кровати. Его глаза — когда он наконец посмотрел на меня — горели золотом. Не зелёным. Золотом.

Кровь — моя кровь — была на его губах.

— Нет, — прошептал он, голос полон ужаса. — Нет, нет, нет...

Я села, прижимая руку к плечу. Укус кровоточил, но не сильно. Больше символично, чем серьёзно.