Книга Академия волков. Темная кровь, страница 46 – Ульяна Соболева

С тех пор как Сара призналась мне о своей бабушке-оборотне (секрет, который её семья охраняла столетиями, прячась среди людей под видом обычных магов), прошло всего три дня. Но эти дни ощущались как вечность, наполненная шёпотом в коридорах, косыми взглядами и тяжестью непрошенного знания.

Сара спала на своей кровати, свернувшись калачиком под одеялом, её очки лежали на тумбочке. Мила отсутствовала — ночевала у подруги из Кровавых Когтей. Что оставляло меня один на один с моими мыслями и холодным лунным светом, который превращал комнату в театр теней.

Стук в окно заставил меня вздрогнуть.

Потому что, конечно, нормальные люди пользуются дверями. Но кто сказал, что оборотни нормальные?

Я подошла к окну, уже зная, кого увижу. Рэйвен висел снаружи, цепляясь одной рукой за каменный выступ. Его обычная дерзкая усмешка отсутствовала. Вместо неё — гримаса боли, а рубашка на боку пропиталась темным пятном, которое при лунном свете выглядело чернильным.

Кровь. Его кровь.

Я распахнула окно, и он практически свалился внутрь, шипя сквозь зубы.

— Привет, кексик, — прохрипел он, пытаясь изобразить обычную беззаботность и провалившись с треском. — Не разбудил?

— Учитывая, что я не спала, нет, — я закрыла окно, задёрнула штору. — Что случилось? И зачем ты лезешь через окно, как извращенец?

— Двери для скучных людей, — он попытался выпрямиться, но лицо исказилось от боли. — А я никогда не был скучным.

Это правда. Рэйвен Морган был многим — безрассудным, опасным, раздражающим, — но скучным не был никогда.

Лунный свет падал на него под углом, превращая его лицо в изваяние из мрамора и теней. Тёмные волосы растрепались, глаза — обычно небесно-голубые и полные насмешки — теперь тусклые от боли. Кровь на рубашке расползалась, как чернильное пятно на промокашке.

— Сними рубашку, — приказала я, доставая аптечку, которую Кайр настоял, чтобы я держала в комнате.

Предусмотрительный Кайр. Всегда готовящийся к худшему. Полная противоположность своему брату, который, казалось, искал худшее активно.

— Обычно девушки предлагают мне это при других обстоятельствах, — Рэйвен попытался ухмыльнуться, стягивая окровавленную ткань.

— Ещё одна шутка про секс, и я выброшу тебя обратно в окно, — я села рядом на кровати, изучая рану.

Глубокая. Когти прорезали плоть от рёбер до бедра — диагональный разрез, который кровоточил медленно, но упорно. Края рваные. Это сделал оборотень, причём злой.

— Кто? — спросила я тихо, доставая антисептик.

— Парочка из Кровавых Когтей, — он зашипел, когда я начала промывать рану. — Решили проверить, действительно ли я предатель. Оказалось, действительно.

Предатель. За то, что защищает меня. За то, что не считает последнего Стража врагом.

Что-то тёплое и опасное шевельнулось в моей груди. Ярость. Нежность. Вина. Всё сразу, свернувшееся в тугой узел где-то между рёбрами.

— Ты мог погибнуть, — сказала я, и голос прозвучал более резко, чем намеревалась.

— Но не погиб, — он поймал мой взгляд, и в его глазах мелькнуло что-то серьёзное. — Потому что ты стоишь того.

Чёрт.

Я сосредоточилась на ране, не в силах смотреть на него. Мои руки дрожали — от усталости, от эмоций, от чего-то ещё, что я не хотела называть.

Кровь продолжала сочиться. Обычные средства не помогали — раны, нанесённые когтями оборотней, заживали медленнее. Особенно если нападавший был в ярости.