Книга Ягиня и Кощей. На страже тридевятого царства, страница 5 – Ирина Романова

В центре первой комнаты стоял большой деревянный стол со скатертью, вышитой узорами, напоминающими далекие звезды. На столе блестела серебряная посуда с гравировкой. Вокруг него расположилось несколько стульев с резными спинками и сиденьями, обитыми бархатом.

На стенах висели гобелены с изображениями лесных пейзажей, охоты и мифологических существ. Каждый уголок палатки был украшен коврами с яркими узорами и золотыми нитями. В углу комнаты стояла небольшая печь, в которой весело потрескивал огонь, наполняя помещение теплом.

Я заметила несколько полок, на которых были аккуратно расставлены книги в кожаных переплетах, свитки и другие предметы, связанные с магией и наукой. На одной из них стояла маленькая статуэтка змея, вырезанная из дерева и покрытая позолотой.

Я так засмотрелась на все это великолепие, что забыла, с кем и куда пришла. Я попала в отдельный маленький мир, полный тайн и загадок…

— Можешь расположиться вон там, – раздраженно бросил Венцеслав, махнув рукой в сторону небольшой комнатки.

— Спасибо… – процедила сквозь зубы, отодвигая тяжелую ткань, заменяющую дверь.

Предложенная комната оказалась крошечной: кровать, тумбочка, стул и роскошный ковер на полу. Я почувствовала укол вины за то, что буду его топтать, но быстро отогнала эти мысли.

— Найду потом веник, подмету, – пробормотала я, глядя на свои пыльные сапоги.

Сложив вещи в тумбочку, я стянула с головы старую ненавистную косынку. Но на людях было неприлично ходить без головного убора, и я, скрепя сердце, снова надела ее.

— Есть будешь? – спросил Венцеслав, его голос звучал холодно, как зимний ветер.

— Горячего бы чаю… – ответила я, стараясь не выдать своих эмоций. – Ваше царское величество… – добавила с сарказмом, прекрасно понимая, что он лишь сын царя. Но в моем голосе все равно проскользнула неприязнь, будто я хотела уколоть его.

Выйдя из комнатки, наткнулась на странный взгляд Венцеслава. Кощей снова начал свои словесные игры, словно хотел посильнее задеть меня, чтобы сама сбежала. Ну, я и не выдержала!

— Чего пялишься? Рыжих никогда не видел?

— Рыжих видел, но не таких, как ты, – ухмыльнулся Венцеслав.

— Это каких?

— Красных!

— Чего обзываешься? – Я начала собирать в руке магию.

— Просто констатирую факт! – Царевич улыбнулся так, что у меня замерло сердце.

— Что делаешь? – не поняла я.

— Эх, деревня! – фыркнул он и отвернулся.

Это я-то деревня?!

— Ах ты, бледная поганка! – рассердилась так, что на Кощея вылилось ведро с болотной жижей.

И как венец – на его голову приземлилась пузатая жаба.

— Ты… мухоморина! Убью! – яростно взревел царевич. Его глаза метали молнии, а лицо исказилось от гнева.

Я усмехнулась, это лишь придало мне уверенности в своих силах.

— Нет, не сможешь! – парировала я. – А так я дочь мельника, Златоцвета, по батюшке Бориславовна! – добавила с легким высокомерием.

— Я очень извиняюсь, что вмешиваюсь в ваш романтик… – нервно произнесла жаба, прижимая лапку к своему горлу, которое стало раздуваться еще больше. – Но у меня икринки на болоте… Можно меня обратно?

Я вздохнула, стараясь не показывать раздражения.

— Ох, простите! – подошла к царевичу, который продолжал прожигать меня суровым взглядом. – Я с магией еще не очень дружу, только учусь!

Я прошептала заветные слова и подула на жабу. Та исчезла, просто растворившись в воздухе. Надеюсь, я не ошиблась с местом… А то закину ее на другое болото.