Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 124 – Ангелина Сантос

— Что я больше не хочу жить в той части себя, где тебя можно было потерять из страха перед правдой.

Мне пришлось отвернуться.

Сразу. Быстро. Потому что в таких словах нет красивой отделки, за которую удобно уцепиться и отмахнуться. Они или попадают, или нет.

Эти — попали.

Снаружи, где-то в верхних руинах, вдруг стукнула дверь. Потом еще раз. Чужие шаги.

Все трое сразу обернулись.

Северин без звука вынул нож. Кайран — меч. Я уже не дергалась, как раньше. Просто сразу сунула письмо матери обратно в сумку и отступила так, чтобы видеть и круг, и вход.

Голоса сверху. Больше двух человек. Много.

— Поздно, — тихо сказал Северин. — Пришли.

— Сколько? — спросил Кайран.

— Не меньше восьми.

— Выход сзади?

— Есть, но узкий. Бумаги протащим. Вас — тоже. Но если они уже в зале, тихо не уйдем.

Я посмотрела на центр круга. На золотые линии, которые еще не погасли до конца. На пепельную пыль там, где лежала ложная оболочка.

И вдруг поняла.

— Нет.

Они оба повернулись ко мне.

— Что значит "нет"? — спросил Кайран.

— Мы не уходим тихо.

— Нэйра...

— Послушай. — Я шагнула к кругу и указала на пол. — Они пришли сюда, потому что боятся не бумаг и не архива. Они боятся именно этого. Если мы сейчас уйдем по заднему ходу, они снова останутся с полуправдой и своими версиями. Нет. Пусть увидят сами.

Северин смотрел на меня с таким выражением, будто спорил внутри себя — восхититься или выругаться.

Кайран не спорил вовсе. Просто очень внимательно изучал мое лицо.

— Ты понимаешь, что предлагаешь?

— Да. Мы встретим их здесь. У самого круга. И дадим им увидеть то, что уже не переписать.

Северин тихо сказал: — Это безумие.

— Нет. — Я посмотрела на него. — Это наконец не прятаться.

Шаги наверху стали ближе. Кто-то уже спускался по главной лестнице. Еще немного — и они будут здесь.

Кайран медленно кивнул.

— Хорошо.

Северин коротко рассмеялся себе под нос.

— Ладно. Значит, безумия сегодня у нас официально больше, чем здравого смысла.

Он отступил к колонне у входа. Кайран встал слева от меня. Я — у самого круга, с открытой рукой и видимым браслетом.

И когда первые люди вошли в зал — не Эстели, не совет, а храмовая стража и двое мужчин в темных плащах без гербов, — они замерли так же, как замерли бы на пороге комнаты, где вдруг увидели не то, за чем шли.

Потому что золотой круг еще дышал. Потому что пепельная оболочка лежала у наших ног. Потому что на наших руках уже была одна и та же метка. И потому что слишком многое можно объяснить словами, но не это.

Один из мужчин шагнул вперед.

Я узнала его не сразу. Лицо было из тех, что теряются в советах и всплывают только тогда, когда начинают говорить чужим тоном.

Лорд Эйдан Ретт.

Конечно. Кто еще.

Он окинул взглядом круг, меня, Кайрана, Северина у колонны и очень медленно остановился.

— Похоже, — сказал он наконец, — вы успели.

— Поздно приехали, — ответила я.

В его лице на секунду мелькнуло что-то очень похожее на досаду. Настоящую. Без обычной вежливой маски.

Хорошо. Значит, хотя бы в этот раз мы были первыми.

— Тогда, — произнес Ретт, — поздравляю. Или сочувствую. Смотря как вы сами это назовете.

Я не ответила. Потому что сама пока не знала.

Но одно понимала точно: назад дороги уже нет. И в следующий раз, когда кто-то попытается назвать меня неистинной, ему придется сперва объяснить это не мне — этому камню, огню и всем, кто видел нас сейчас.