Книга Клеймо зверя. Покорись мне, истинная!, страница 32 – Алекс Найт

Но это было только началом, лишь первым этапом раскрепощения. Раун начал раздеваться. А я наблюдала за ним. Следила, как он рваными движениями стягивает с себя рубашку, позволяя мне оценить рельефность поджарого тела и многочисленные шрамы на золотистой коже, как расстёгивает ремень и отбрасывать прочь брюки, предоставляя мне возможность оценить силу длинных ног и размеры его мужского естества сквозь ткань белья. Накатила лёгкая нервозность. Первый раз и так проходит болезненно, а я такая маленькая на фоне рослого оборотня. Но стоило Рауну приблизиться и коснуться моего колена, как страхи ушли, а в тело вернулось прошлое возбуждение. Словно потухший костёр, оно раздулось на ветру присутствия связанного со мной мужчины и приготовилось воспылать настоящим пожаром.

— Больно не будет, солнце.

Раун сбросил с себя последний предмет одежды. Возбуждение во мне было слишком сильным, чтобы отвести взгляд. Наоборот, я жадно впитывала в себя новый образ: витиеватый рисунок вен, каждую прожилку, каждый изгиб. И будто даже ощущала живую пульсацию крови внутри. Наверное, действительно сошла с ума.

Раун приблизился, навис надо мной. Твёрдая головка скользнула между влажных складочек, и моё дыхание оборвалось. Волны мурашек понеслись по телу. Сосредоточенная на происходящем внизу, я не сразу поняла, что Раун склонился ко мне. Новый поцелуй играл вкусом моего возбуждения и остроты новых ощущений. Раун ласкал мои губы своими губами, пока его член скользил между моих ног. Томительно долго, вибрирующе, с каждым мгновением углубляя ощущения и добавляя им напряжения ожидания.

Я дрожала и тянулась к Рауна, ловила его губы своими и водила бёдрами в такт навеваемым им движениям. Проникновение проходило на грани связи с реальностью и слишком неторопливо, чтобы это было возможно выдержать. Но Раун не спешил, изводил нас обоих томлением, мучил и одновременно держал на острие нереальности.

Он не соврал, боли не случилось. Любые другие ощущения смыло волной радости единения. Меня снова выгнуло в спине, но на этот раз прижало к твёрдому телу, не давая пошевелиться. И наступил новый миг балансирования на краю. Горячий, томительный, дребезжащий. Наполненность сливалась с напряжением перед новым толчком и ожиданием, пока не обернулась оглушением пустоты, когда Раун выскользнул из меня.

— Нет… — выдохнула я, тяжело дыша.

— Тебе хорошо? — хрипло спросил он, вновь медленно входя в меня.

Слишком медленно и горячо.

— Д-да… Да! — подтвердила я, подаваясь навстречу его движению.

— Мне тоже, солнце. Тоже… — выдохнул он. — Но я больше не могу сдерживать себя…

Смысл его слов стал понятен со следующим глубоким проникновением. Меня сотрясло силой толчка. Тело пронзило словно стрелой. И медленный темп сорвался в дикий водоворот ощущений. Наши губы слились, тела сплелись в нереальной тесноте, пока бёдра раз за разом встречались в настоящем сумасшествии. И когда меня накрыло ураганом блаженства, я совершенно потерялась, забилась в твёрдой хватке и лишь краем сознания сквозь свои крики уловила хриплый стон Рауна и обжигающие капли на животе. Сознание взорвалось и рассы́палось осколками чистой эйфории. Мир перестал существовать, осталось только блаженство.

/Раун/

Минария пошевелилась под моей рукой, тихо простонала. И только этот звук вернул воспоминания о самой яркой близости в моей жизни. Впрочем, встреча с Минарией стёрла прошлое, теперь для меня имело значение только неопределённое сегодня с ней. Я не знал, чего ждать, как она себя поведёт после пробуждения. Минария была абсолютно непредсказуема. По крайней мере, в моём понимании.