Книга Прихоть, страница 21 – Асти Брамс

Между тем, мой собеседник даже не моргнул. Лишь задал следующий вопрос:

— Зачем он тебя держит? Что ты можешь ему дать?

Прозвучало довольно унизительно и прямолинейно. Я ведь действительно не могла дать Игнатову ничего ценного. Ни приданного, ни связей, ни секса, ни… наследника.

Прикрыв глаза, я нервно пожала плечами.

— Знаешь что… спроси у него сам! – выдохнула, вскинув подбородок. – Почему он так хочет угодить отцу, что готов держать меня в плену, лишь бы не показаться несостоявшимся в его глазах?..

Медленно втянув носом воздух, Стахов ничего не ответил. Вновь увел хмурый взгляд в окно, на заснеженный, стерильный пейзаж своего владения, затем посмотрел на дорогие наручные часы – неторопливый, уверенный жест человека, который контролирует время. Это отрезвило от эмоций. Заставило вспомнить, что здесь и сейчас я торговалась за свою свободу, а он – решал, стоит ли игра свеч.

— Ну… что ты скажешь?.. – спросила я, и мой голос прозвучал сипло от напряжения.

Мужчина медленно повернул голову.

— Что с твоим «условием» ты обойдёшься мне гораздо дороже, чем я рассчитывал, – произнёс ровно. – Но вопрос не в деньгах.

— А в чём же?

Я нахмурилась, чувствуя, как в груди сжимается ледяной ком. Стахов отступил от окна и сделал несколько шагов в мою сторону. Неспешно. Целенаправленно.

— Ты не боишься, что окончательно потеряешь свободу?

Мурашки побежали по коже. Я не сводила с мужчины настороженного взгляда.

— Захар давал тебе хоть какую-то волю и возможность выбора. Оставшись со мной, ты можешь потерять и это.

Вот оно что. Горькая усмешка, больше похожая на гримасу, исказила мои губы. Кто бы сомневался, что Стахов воспользуется своим положением в полной мере.

— Я не виновата, что судьба связывает меня с подонками, – вытолкнула негромко, но дерзко.

И задела его. Это было видно – в серых глазах мелькнул холод, почти неуловимо дрогнули скулы. Он подошел ко мне, буквально накрывая тенью своей высокой фигуры.

— Тебя никто не заставлял помогать отцу и связываться с подонками, – произнёс стальным тоном. – Делая выбор, ты должна была понимать, что за всё нужно платить. Взрослые решения – взрослые последствия.

Сглотнув, я слегка качнула головой и произнесла, чувствуя, как подрагивают губы.

— Я прекрасно понимаю. И плачу… Уже второй год.

Его рука вдруг поднялась, и мужские пальцы погрузились в мои волосы от виска к затылку. Я дрогнула, но не отступила. Прикосновение было неожиданно… ласковым. Даже слишком. От этого по коже пробежали мурашки – предательские, противоречащие всему, что я сейчас чувствовала.

— Глупая, наивная девчонка, – проговорил Стахов, и в его голосе впервые прозвучало нечто, отдалённо напоминающее… сожаление? Нет. Скорее, холодное снисхождение.

— Я не глупая! – вырвалось у меня, и я приказала не прерывать зрительный контакт. – Я вышла замуж по любви, и… в момент отчаяния обратилась к любимому мужчине, который мог помочь!

Ему не понравились мои слова. Пальцы, ещё секунду назад игравшие с моими волосами, вдруг сжались сильнее, вынуждая меня чуть податься вперёд.

— А ты не думала, – произнёс Стахов, наклоняясь так, что его голос прозвучал прямо над моим ухом, тихо и чётко, – что этот «любимый мужчина» никогда тебя на самом деле не любил? И страстно желал угодить отцу еще до того дня, как вы познакомились?