Книга Гувернантка. Личная тайна его превосходительства, страница 80 – Полина Никитина

— Но она же была… вполне здорова. Смеялась, играла, вы же сами это видели, Ольга Георгиевна.

Я вздохнула. Как бы ни хотелось обойти острые углы, но придётся говорить как есть.

— Простите за прямоту, ваше превосходительство, но вы вчера додумались говорить о жертвах Безродного в присутствии той, кто едва не стала одной из них. Тут и у взрослого человека крыша поедет… Ой.

Я осеклась, прикусив язык. Дмитрий недоумённо вскинул бровь.

— При чём тут крыша, Ольга?

Тут он сам осёкся, да и я захлопала глазами. Кажется, это первый раз, когда он называет меня просто по имени, без отчества.

Дмитрий торопливо откашлялся и сосредоточенно уставился на стоящую неподалёку баню, а я сделала вид, будто не заметила. И всё равно щёк коснулся предательский румянец.

— Я хотела сказать, – исправилась я, неловко переминаясь и слыша, как снег хрустит под ногами, – любой может… тронуться рассудком. Это не слабость, такова человеческая природа. Организм защищается, как может. Взрослые мужики порой страдают, а тут добрый, чувствительный ребёнок.

Строганов задумчиво склонил голову набок, рассматривая меня так, будто желал забраться в мой разум и хорошенько покопаться в моих мозгах. Этот взгляд чертовски смущал, заставлял внутри всё переворачиваться.

Молчание затягивалось, Даша всё ещё не возвращалась – наверное, ищет бесхозную шляпу.

И неожиданно он первым прервал молчание.

— Любой может… Любой, кроме вас, Ольга Георгиевна?

Я пожала плечами, радуясь, что он не цепляется к едущей крыше.

— Не знаю, – честно призналась. – Вот правда, не знаю. Я не псих… то есть не доктор. Я обычная девушка, которая много времени потратила на учёбу.

Дмитрий кивнул и к счастью перестал сверлить меня глазами. Теперь уже снеговик завладел его вниманием. Превосходительство задумчиво рассматривал три шара, два уголька вместо глаз и торчащие веточки.

— То есть вы советуете послать за врачом? – наконец, поинтересовался, всё так же не глядя на меня.

Я помотала головой:

— Нет. По крайней мере, не сейчас. Я никогда не сталкивалась с таким лично, но могу попробовать помочь. У меня есть кое-какие соображения.

— Вычитали в книгах? – усмехнулся Строганов.

— Можно и так сказать.

— И чем я могу помочь? – полюбопытствовал он, и в голосе мужчины я услышала не просто вежливый интерес. Он искренне переживал за Дашу и действительно хотел участвовать.

— Во-первых, Даше нужен плотный график, – начала я, загибая пальцы. В голове окончательно сформировался план действий. – Много физической активности. Если есть возможность, посоветовала бы пригласить к ней учителя танцев. Это и нагрузка, и дисциплина, и конечно же осанка.

Дмитрий кивнул, не перебивая.

— Во-вторых, – продолжила я, – обязательно занятия на свежем воздухе, с этим я помогу. Чтение, уроки, и несколько моих... скажем так, хитростей. В комплексе должно сработать и если сделать всё правильно, Даша об этом не узнает. Зачем девочке лишний раз думать, что с ней что-то не так?

— А от меня?

Удивительно, но Дмитрий не спорил и не пытался доказать, что я могу быть не права. Он внимательно слушал и запоминал. Сразу видно, привык действовать и выполнять, а не рассуждать.

— А от вас, ваше превосходительство, я прошу лично проследить, чтобы двери были надёжно заперты. И, если вы не против, я буду на ночь запирать изнутри свою комнату и Дашину. Оставлю открытой только смежную дверь, чтобы слышать и контролировать.