Книга Итак, история… (О писательском ремесле), страница 46 – Мария Воронова

Но если после того, как Иванов шагнет к магазину, на его пути встанет что-то реалистическое, типа нотариуса с известием о баснословном наследстве, спокойно продолжайте. Эта ситуация не рядовая, но понятная, и сравнивая реакции Иванова с собственными предполагаемыми реакциями на внезапное наследство, мы узнаем и оцениваем персонаж.

А как вам такое начало: «Войдя домой, Иванов сразу увидел записку на кухонном столе. Жена писала, что ушла навсегда. Понимая, что это правда, но всем сердцем отказываясь верить, он осмотрел квартиру – нет, Люда не шутила. На полках остались только его вещи, будто она никогда и не жила здесь. Иванов упал на диван и разрыдался. Он так любил ее! (следует подробное душещипательное описание, как именно). Как ее вернуть? Завтра с утра он с огромным букетом цветов поедет к теще, и будет умолять жену мириться! Но завтра встреча со связником, которую никак нельзя пропустить, потом надо обязательно достать закладку из тайника, завербовать агента, и написать шифровку в центр. А сейчас он только забежал за пистолетом, чтобы убить человека, который слишком много знает. Иванов судорожно вздохнул – ох, не вовремя Люда решила его оставить».

Такое начало никуда не годится. Две разнонаправленные интриги рвут внимание читателя. Мы не знаем, о чем думать – почему Люда бросила Иванова, или на кого он работает. А главное – с чего бы матерый шпион так расчувствовался из-за выходки жены?

Дайте читателю сначала насладиться шпионской деятельностью Иванова. Когда читатель будет знать, на кого тот работает, и что из себя представляет, ему интересно станет и про Люду.

Можно и наоборот, начать с того, как Иванов скандалит с женой, не упоминая его тайной деятельности. Пусть он кажется ничтожным клерком, тогда стартуйте с эпической ссоры, и для Люды не пожалейте красок. Читатель должен понять, какая у бедняги напряженная семейная ситуация, и только потом прочесть примерно следующее: «увидев записку жены, Иванов долго пребывал в прострации, не желая верить, что Люда решилась на этот шаг. Он распахнул шкаф – пусто. Значит, она серьезно. Иванов выпил стопку водки, чтобы немного успокоиться, и только тут сообразил, что жена забрала свой шелковый костюм, который не носила, потому что он стал маловат, но хранила на случай похудения, а в его кармане Иванов держал ключи к шифрам. Господи, у него же завтра сеанс связи с центром! Как теперь закодировать сообщение, и понять, какое задание ему прислали?» Такое резкое срывание масок больше подходит для комедии, но почему бы и нет?

Конфликт выходит на новый уровень – теперь ставка не просто брак, а судьба целой страны! И характер скачет – из жалкого человечка и никудышного мужа Иванов превращается в альфа-самца. А главное, мы видим, что узнав об уходе жены, Иванов вспоминает о ключах далеко не сразу, и понимаем, как сильно его чувство, и надеемся, что у них с Людой все наладится.

Плетите, вывязывайте сюжет из обстоятельств, событий, реакций и действий. Вы создатель вашего мира, но помните, что бог даровал человеку свободу воли, не заставляйте героя слепо подчиняться вашим приказам. Обстоятельства и события – все, что угодно, какие хотите, но реакции и действия выводите из логики персонажа.

Начиная книгу, не надо путать завлекательное событие с тем, что Роберт Макки называет «побуждающим происшествием». Первое служит для того, чтобы заинтересовать зрителя, пообещать ему интересную историю и обозначить жанр, (все нормально, ты читаешь детектив, видишь, на второй странице уже труп нашли), а побуждающее происшествие – это событие, после которой жизнь героя уже не может оставаться прежней. Иногда, узнав что-то неприятное, мы говорим: «Как бы мне это развидеть?». Так вот, побуждающее происшествие это то, что развидеть нельзя.