Книга Котики и кошечки, страница 84 – Елена Арсеньева, Дмитрий Емец, Елена Усачева, и др.

Все как-то смирились, стерпелись и перестали мучить друг друга. Илона демонстративно отворачивалась, когда Маша накладывала корм в ее миску, но потом все же ела. Она терпеть не могла Машу, но еще меньше – Машиного ребенка. Крикливый, ни минуты покоя. Хозяин обожает дочь так, что становится в самом деле обидно.

Разве может кто-то быть лучше кошки?

— Илошадь, мы едем в деревню! – радостно сообщил хозяин, запихивая визжащую и царапающуюся кошку в дорожную клетку. – Тебе понравится.

— И нам понравится! – улыбалась Маша, строя рожицы их полугодовалой дочке. Илона еще разок попробовала вырваться на свободу, а затем фыркнула и забилась в угол. Подождите у меня. Только дайте срок. Уж вы у меня поспите на чистых простынях. Уж вы умоетесь…

— Ты не проверишь, как там кошка сзади? Не блюет? – спросил хозяин, когда машина подпрыгнула на очередной кочке. Илона сонно приоткрыла глаза и увидела Машины – заботливые, беспокойные. В принципе, ничего плохого в этой Маше не было, за исключением того, что она была не Юля.

— Спит твоя кошка, не беспокойся! – заверила Маша хозяина.

Через несколько часов машина остановилась около сдвоенного деревянного дома с двумя крылечками. Когда-то это был один дом, но затем бабка с дедом померли от старости, и сыновья, решив не продавать, сделали второй вход, поделили дом на две половинки и зажили двумя семьями. Маша была дочерью одного из этих братьев и теперь привезла свою семью сюда отдыхать.

Это было неприемлемо, непристойно. Ее, чистокровную персидскую принцессу, – и в деревню, где воду набирают из колодца? Где надо убегать от странных созданий с грубыми голосами – собак? Где печку топят дровами?

— Чего, правда, и родословная есть? – с удивлением и с каким-то даже почтением спросила Машина мама. – А посмотреть можно?

— Да мы ее в городе оставили. Можем привезти потом, – пожал плечами хозяин.

— Привезите, – кивнула женщина, вытерла руки фартуком и склонилась к кошке. – Красивая какая. Как же она тут у нас? Тут таких отродясь не было. Морда-то какая плоская. А глазищи!

— Мам, ты только двери в спальни закрывай. Она может на кровать налить! – предупредила Маша, а Илона на это только повела хвостом и вышла в сени.

Это было странно и непривычно – море запахов и звуков. Шуршащие листья на деревьях, зеленая сочная трава, ароматные ягоды, холодная вода луж. К вечеру кошка обошла уже все вокруг дома в радиусе пятисот метров. Она успела уже поругаться с местным цепным псом. Тот был возмущен и обижен, потому что кошка быстро смекнула, какую роль в жизни пса играет цепь. После чего Илона взобралась на забор и принялась умываться, поглядывая сверху на изнывающего от ненависти Полкана. Кошка обследовала местный сарай, наткнулась на вилы и от неожиданности дернулась в сторону, опрокинула их. Нашла запасы картошки, но не сочла их интересными.

Ближе к вечеру кошка совсем уже собралась было искать уголок в этом плебейском месте, где она могла бы вздремнуть, как вдруг… она увидела ее. Серую полевую мышь, притаившуюся под крыльцом.

Кошка не могла сказать, что именно произошло и что такое ударило ей в голову. Какое-то помутнение разума, или, может, кто-то порчу навел. Но только Илона изогнулась и пошла так тихо, как никогда раньше. Она замерла за кустами, не глядя – чувствуя перемещения маленькой серой полевой мыши. Кажется, мышь только вышла из подвала с зерном и хотела перебежать по двору до близлежащего поля.