Книга Котики и кошечки, страница 63 – Елена Арсеньева, Дмитрий Емец, Елена Усачева, и др.

Внезапно дверь кабинета скрипнула и медленно открылась. Из коридора неторопливо заглянул серый кот и, покрутив головой, нырнул под кресло.

— Сволочь!

Барин швырнул в кота пепельницей. Обычно этот тощий, длиннорукий мужчина, одетый ярко и безвкусно, как попугай, держал себя в руках, но сейчас сорвался. Возможно, произошло это оттого, что его страсть к собственному товару давно переросла обычную привязанность.

— Сколько раз повторять, чтобы сюда не пускали эту мерзкую скотину! Где секретутка? – нервно заорал он.

— Ушла домой. Я ее отпустил, – прогудел Еж. Он был громадный, толстый, с массивной жирной шеей, складки которой наползали на воротник.

— Этот гад меня напугал! Я сверну ему шею! – бушевал Барских.

— Барин, не психуй! – с мягким армянским акцентом приказал Сыргорян. – Еж, расскажи, как это было.

Еж держался отлично. Лишь пальцы, которыми он крутил колесико зажигалки, немного подрагивали.

— Шиша застрелили на моих глазах. Мы попрощались. Он сел в машину. Отъехал метров тридцать, притормозил, чтобы развернуться, и тут какой-то парень несколько раз выстрелил в него через боковое стекло, а потом сразу нырнул в подворотню.

— Ты разглядел этого парня?

— Нет. Было темно.

Сыр встал и прошелся по кабинету. Маленький, пузатый, внешне безобидный. Никто толком не понял, когда он успел приобрести репутацию человека, с которым лучше не связываться.

— Нет сомнений, Шиша заказали, но кто мог его заказать? – спросил он.

Еж наконец зажег сигарету.

— Кто угодно. Шиш не был ангелом. Целая куча народу спала и видела, как бы отправить его на тот свет. Плюнуть на его могилу – и то выстроится очередь.

— Может, конкуренты? – неуверенно спросил Барин.

— У нас нет конкурентов, – уверенно сказал Сыр. – Во всяком случае, таких, которые могли бы с ходу занять нашу нишу.

— Передел?

— Исключено. «Крыша» говорит: наездов не было. Они подгонят ребят для охраны, только хрен это поможет, – сказал Еж.

Сыр, ходивший по кабинету, внезапно остановился и брюхом навис над компаньоном.

— Слушай! Никому не нужна новая война. Сейчас не та ситуация. Шиша мог заказать только один из нас, – медленно и веско сказал он.

Побагровевший Еж смял в ладони пачку с сигаретами.

— Ты на что намекаешь? Что это был я? Что ты несешь, Сыр? Какого черта?

Армянин выдержал его взгляд.

— Подумай сам! С гибелью каждого из нас доля других пропорционально увеличивается. До смерти Шиша у нас было по двадцать пять процентов, сейчас уже по тридцать три. Уберут еще одного, будет по пятьдесят. А тот, кто останется последним, возьмет под контроль весь бизнес.

— Считаешь, тот, кто убрал Шиша, захочет убрать всех? – быстро спросил Еж.

— Скорей всего, да. Он идет до конца. Сам знаешь, переделы никогда не заканчиваются одним трупом.

— А если это все же передел? – предположил Еж.

— Нет. «Крыша» бы об этом знала. Это кто-то из нас. Ты, или ты… или я, – сказал Сыр, переводя мягкий, но пристальный взгляд с одного компаньона на другого.

Молчавший Барин тревожно завозился, что не укрылось от его компаньонов.

— Неужели среди нас может оказаться такая сволочь? – спросил Еж, исподлобья глядя на него.

— Это не я! Что ты на меня уставился? – завопил Барин. – Ты тоже мог его заказать! Это у тебя он увел бабу!

— Плевать на бабу! – спокойно ответил Еж. – Тебя он вообще собирался вывести из дела. Шиш не раз говорил, что ты нас подставляешь…