Онлайн книга «Свадьбу делать будем?»
|
При виде Вики глаза Петра вспыхнули. Он едва скрыл довольную улыбку. — Это Вика… А это Петр, мой муж. Молчание. Все так и есть… Светин муж… Соседка прервала затянувшуюся паузу: — Я позову Марка, они заигрались… Света говорила так, чтобы не смотреть в глаза Вике… Дверь в детскую была закрыта, и оттуда раздавались веселые детские визги. Петр ощупывал Вику взглядом. Так смотрят мужчины, когда хотят оценить размер груди – третий? четвертый? Вика внутренне сжалась и поправила шарф. Вдруг Петр спросил: — Вика? Да, Вика… А вы что оканчивали? — Школу… – как дура пробормотала Вика, у нее не было сил поддерживать светскую беседу. — А вуз? — А вуз… Пединститут в Вологде… — Ааааа… – доброжелательно улыбнулся Петр и вдруг сказал шепотом: – Дай телефон… Вика опешила. Она не нашлась, что ответить. Петр смотрел на нее смеющимися глазами. — Быстрей давай… – он игриво подмигнул Вике, кивая головой на дверь детской. Вика покрутила пальцем у виска – сумасшедший? И отстранилась к двери, запахивая куртку. — Мама! – Марк выбежал из детской Севы и повис на матери. – Мама! Мама! Мама! — Ну все, все, хватит… – Вика поспешно поставила сына на ножки. – Мы пойдем. Давай руку, Марк! Не балуйся, Марк! — Может, ребенку кофту надеть? В подъезде холодно, – заботливо сказала Света. — Нормально… Это для закалки. — Ну смотрите… А то я бы дала кофту Севы… А Марк так хорошо покушал у нас: и супчик, и тефтельку, и вареничек, и компот. «Хоть кто-то сегодня поел», – подумала Вика, прислушиваясь к голодному урчанию в животе. — Свет! Нам пора! Спасибо! Света стала отпирать многочисленные замки своих тройных дверей. Петр Мамонтов многозначительно протянул: — Еще увидимся… Никиты дома не было, видимо, ломбард гулял по полной. Вика врубила сыну мультики (ааа, все равно режима никакого нет!) и пошла в душ. Она терла себя мочалкой, поливала пахучими гелями, как будто бы хотела отодрать от себя липкий, похотливый взгляд мужа Светы. «Господи, как же теперь Марка водить туда? И бояться каждый раз столкнуться с этим мачо?» Накатывали воспоминания из детства – как бы поскорей улизнуть в коридор общаги, когда мама начинала пить с очередным сожителем… И не слышать – смеха, ора, стонов, слез, потом ора и драки… Вика прибавила горячей воды. По ее лицу, смешиваясь с водой, текли слезы, которые не приносили никакого облегчения душе и сердцу. Вспомнились умоляющие глаза этой девочки, восемнадцатилетней Айбалы, которые просили спасти ее… «Ничего личного, принцесса, это просто бизнес…» – подумала Вика, кутаясь в махровое, пусть не очень свежее, полотенце… Не Айбала, а Ибрагимов позвонил часов в одиннадцать утра следующего дня, когда Вика с сыном гуляли в парке. Его голос был холодным, но с едва уловимыми радостными нотками. — Она согласна! На двадцать первое марта назначаем регистрацию! Никохом проведем накануне: только я, Айбала и мулла. Это венчание по-вашему, – пояснил Асмет. – А двадцать первого марта – Кутузовский загс, все уже решено. Завтра вы поедете с Айбалой в салон свадебных платьев, она хочет, чтобы вы были с ней каждый день… — Да, но… – Вика хотела сказать, что у нее другие планы, она не может вот так… — У метро «Кунцевская» вас будет ждать водитель, номер машины… — Да, но… — Свадьба нужна «европейская», никаких национальных обрядов, и… это… без этих ваших пошлых конкурсов. |