Книга У нас будет ребёнок!, страница 145 – Дмитрий Емец, Ирина Щеглова, Алиса Лунина, и др.

Прошел сентябрь, золотом запылала листва. В парках жгли листья – ветер носил в воздухе запах разлук. Ни писем, ни звонков от Георгия не было. Пауза, о которой Мария его просила, затянулась.

В середине октября, в больнице, прямо посреди совещания, Мария почувствовала, что ей плохо. Кружилась голова, за горло брала сильная – до спазмов – тошнота. Мария опрометью выбежала из ординаторской.

Когда она вернулась в кабинет, пожилая акушерка тетя Ася (сто лет работают вместе!), присмотревшись к ней, вдруг сказала:

— Мария Петровна, ты, поди, беременная?

— Ты что, тетя Ася?! – удивилась Мария, потом застыла: – Господи… Неужели правда?

Тетя Ася улыбнулась:

— Сходи, проверься, конечно, но я и так вижу, у меня глаз наметанный.

Мария обняла тетю Асю:

— И что ты еще видишь?

Старая акушерка подмигнула Марии:

— Будет мальчик.

Мальчик. Сын. Мария и сама уже знала это, еще до того, как все вскоре подтвердилось.

Уйдя с работы еще до обеда, Мария зашла в больничный сквер, села на скамейку, где когда-то ее застал июньский дождь, и прислушалась к своим новым чувствам-ощущениям. Та рваная пустота, которая была у нее в душе весь последний месяц, теперь заполнялась. Чудом, смыслом, любовью. Жизнь продолжалась – она всегда продолжается, несмотря ни на что. И Мария уже чувствовала в себе эту новую жизнь.

Все решилось само собой. Она набрала номер Георгия.

— Да, Маша… – раздался его встревоженный, но радостный голос.

— Гера, я должна тебе сказать… – Мария пыталась найти верные слова. Как сказать: у меня будет ребенок… Нет, не так – «у нас». Потому что это будет их общий ребенок. Их общая радость, а бог даст – общая жизнь.

Мария вздохнула, выдержала небольшую паузу и спокойно сказала:

— У нас будет ребенок. Приезжай.

Георгий молчал. Мария замерла.

— Маша, я приеду… – наконец раздался голос Георгия. – Так быстро, как смогу.

— А как сможешь? – улыбнулась Мария.

— На первом самолете.

— Я жду тебя, Гера. Жду!

* * *

Мария отправилась в детский сад и забрала Соню, которая (учитывая, что ее забрали как раз перед ненавистным тихим часом) просто ошалела от такого внезапно свалившегося на нее счастья. Хитрюга Соня решила выжать для себя еще немного счастья и вкрадчиво предложила:

— Мам, а пойдем в парк?

…День был солнечным и ярким. В такие солнечные осенние дни небо особенно синее.

В парке Мария и Соня шуршали листьями, кормили уток в пруду. Соня уже поняла, что сегодня особенный день и, завидев на центральной аллее продавца с воздушными шарами, приготовилась к еще одной радости.

В этот миг к ним вдруг подошел пожилой мужчина – совсем седой, скромно одетый. Он обратился даже не к Соне, а к Марии:

— Можно я куплю вашей девочке шарик?

Мария смутилась:

— Ну что вы, зачем…

— Пожалуйста, – тихо сказал мужчина.

Когда он протянул Соне шарик, Мария обратила внимание на кисти его рук – сбитые, натруженные.

Соня поблагодарила незнакомца и понеслась по аллее вскачь. Голубой шарик гордо парил над Сониной огненно-рыжей головой.

— Спасибо! – Мария посмотрела на мужчину. Ей показалось – или в его глазах и впрямь стояли слезы?

Он кивнул, как-то неловко улыбнулся и пошел по аллее. Глядя ему вслед, Мария почувствовала, как защемило сердце. Наверное, в жизни этого человека тоже были зияющие утраты, и жил он уже не ожиданием своего счастья и чуда, а тихим отблеском счастья других людей.