Книга Ангел скорой помощи, страница 86 – Мария Воронова

Единственная неприятность состояла в том, что ждать бракосочетания придется не месяц, как в районном загсе, а три, но по законам диалектики в этом минусе тоже были плюсы. Простая арифметика подсказывает, что за три месяца можно накопить больше денег, чем за месяц, значит, не придется начинать семейную жизнь с долгов. Платье невесты, то есть, собственно, то, ради чего и затевается вся церемония, тоже требует времени.

Ожидание придает серьезности всему мероприятию, официально превращает его из спонтанного события в ответственный и серьезный шаг серьезных людей, которые, готовясь начать семейную жизнь, обстоятельно спланируют быт молодой четы, сделают легкий ремонт здесь или найдут отдельную квартиру в хорошем состоянии.

А вообще время летит быстро, оглянуться не успеют, как будут праздновать годовщину свадьбы, так что три месяца вполне можно потерпеть.

Чтобы не скучать в ожидании, Ян нахватал столько дежурств, сколько позволял линейный ход времени, и Соня тоже взяла побольше. Она хотела накопить на нормальную кровать, в которой человек способен высыпаться, а не только заниматься любовью как безумный.

Ян был счастлив так, что ему не портили настроения даже не очень хорошие новости, приходящие с бахтияровской стороны.

Как и собиралась, Соня переехала обратно домой, где ее намерение выйти замуж в целом и кандидатура Яна Колдунова в частности не встретили горячего одобрения.

Мать постоянно твердила, что нужно сначала защитить диссертацию, а потом уже думать о замужестве, а когда этот аргумент не производил впечатления, разговор естественным образом переходил на личность жениха, то есть Яна Колдунова, и тут будущая теща не сдерживала полет своей творческой мысли, выдавая такие версии, что Яну делалось даже немного лестно.

В плане разврата он чуть-чуть недотянул до Нерона и Калигулы, зато подлостью далеко перещеголял Урию Гипа. Чуть ли не половина профессоров академии вынуждены были оставить свои кресла из-за черных интриг аспиранта Колдунова, а когда Соня просила конкретики, мама делала загадочное лицо и говорила, что многие бы рады вывести Колдунова на чистую воду, но боятся связываться.

Однако при такой сверхъестественной силе он оставался «человеком не нашего круга», парвеню, выскочкой и ничтожеством, которого в прежние, нормальные времена не пустили бы дальше людской.

Имея такие известия из дома невесты, Ян не ждал ничего хорошего, когда его вызвал к себе Сонин отец, профессор Бахтияров, но внезапно они поговорили откровенно и достаточно тепло.

Бахтияров сказал, что если молодые люди приняли ответственное решение, то старикам остается только покориться. Сам он готов принять Яна в семью, а супруга пока находится во власти естественных материнских чувств, но со временем смягчится.

Ян не назвал бы перманентную истерику естественными материнскими чувствами, но, в конце концов, это дело вкуса. Он не собирается жить в доме Бахтияровых, значит, нечего и вникать в тамошние порядки.

Напомнив Соне, что она обещала переехать к нему до свадьбы, если родители начнут возражать против кандидатуры жениха слишком активно, он снова получил отказ. Соня сказала, что хочет выйти замуж как приличная девочка, из отчего дома.

Мамины скандалы выматывают, это правда, но если не воспринимаешь их всерьез, то не трудно и потерпеть, особенно когда рядом есть близкий человек, который подтвердит, что бред – это бред, а не суровая реальность.