Книга Ангел скорой помощи, страница 103 – Мария Воронова

— Не в этом дело. Я бы очень хотел тут остаться, но далеко не факт, что Константин Петрович свалит, а втроем жить ты не хочешь.

Пожав плечами, Соня подставила губку под струю воды:

— Ну почему же? В качестве твоей законной супруги я готова делить с ним жилплощадь, но он свалит, не сомневайся.

— Ты не знаешь…

— Нет, я как раз знаю, – резко перебила она, – он женится, как и собирался.

— Но у него вроде роман…

— Если ты хочешь рассказать мне про этот дурацкий треугольник, то не надо, – усмехнулась Соня, – я в курсе. Вообще редкий случай в геометрии, треугольник, где все углы тупые.

— Почему это все?

Последний раз проведя губкой по плите, Соня посмотрела на нее, как художник на только что законченную картину, подумала немного и протерла ее до блеска кусочком туалетной бумаги. Ян тем временем соображал, радоваться ему за Константина Петровича или огорчаться.

— Прямо женится-женится?

— Прямее не бывает.

— На Оле? – на всякий случай уточнил Ян.

Соня фыркнула:

— На ком же еще? Не на медсестре же этой.

— Нормальная девчонка, между прочим.

— Не спорю. Но, согласись, глупо с ее стороны ждать, что такой рафинированный аристократ в сто пятом поколении сделает предложение простой медсестре.

— Всякое бывает.

— Да, в сказках.

— Но Надя очень хорошая девушка, – упрямо повторил Ян.

— Да я разве говорю, что плохая? Сама ситуация просто идиотская, и ведут они себя как придурки. Оля выходит замуж за парня, которому на нее плевать, парень женится на хороших манерах и отце невесты, но при этом заводит интрижку с медсестрой не где-нибудь, а в той самой больнице, где трудится его будущая супруга, а медсестра, вопреки всем божеским и человеческим законам, воображает, что у нее не интрижка, а великая любовь. Конечно, столь неустойчивая конструкция долго не простоит. Разве что медсестра согласится быть вторым номером.

— Надеюсь, что нет.

— Влюбленные женщины на многое способны.

— Зато Костя порядочный человек.

Соня сказала, что ни в чем уже не уверена. Если человек способен крутить любовь под носом собственной невесты, то доверять ему становится опасно.

— Кто знает, что у него в голове? – продолжала она, хмурясь. – Надеюсь, просто страх перед семейной жизнью, как у меня, только я терзаюсь сама с собой, а он с первой попавшейся девушкой. Хорошо, если так, но надо учитывать и вариант, что он специально замутил с этой медсестрой, чтобы Оля оскорбилась и отказалась выходить за него замуж.

Ян пожал плечами и заметил, что, в сущности, это дело Константина Петровича и его дам, а им с Соней важно одно – освободит Костя комнату или нет.

Соня кивнула:

— Ты прав, но я волнуюсь за Олю, ведь начинать семейную жизнь с оскорбления – не самая хорошая идея. Когда ты увлекся другой девушкой, у нас с тобой отношения еще толком даже и не начались, и потом, я видела, что ты влюблен в нее по-настоящему.

— Может, Костя тоже, – поскорее перевел Ян разговор. Стыдиться ему действительно было вроде бы и нечего, но рядом с Соней не хотелось вспоминать о Наташе.

Тщательно вытерев руки кухонным полотенцем, Соня ушла в комнату одеваться.

— Во-первых, он сам сто раз говорил, что не способен на глубокие чувства, – говорила она в открытую дверь, – а ложь ему глубоко противна, так что придется поверить. Ну а потом, ты эту Надю сам-то видел? Я понимаю, была бы красавица типа Орнеллы Мутти с ногами от ушей, чтобы все мужики в обморок падали при ее виде, тогда да, еще могу поверить, но тут-то что? Просто унитаз – лицо хозяйки!