Онлайн книга «Сестра молчания»
|
Любочка вскинулась что-то возразить, но Стенбок остановил ее коротким жестом: — Нет, не нужно ничего говорить. В другой ситуации я бы вас выслушал, но вашему поступку оправдания нет и быть не может. Вы свободны. Идите. Он распахнул дверь кабинета. Элеонора и Руфина Михайловна поднялись вместе с сестрами, но Стенбок их остановил. Пришлось сесть обратно. Стенбок вернулся за свой стол и уставился на них так холодно, что Элеонора поежилась. — С этими мерзавками понятно, им не место в нашей клинике и в профессии вообще. — Вы очень строги, – пискнула Руфина Михайловна. — Отнюдь. Я много могу простить, даже некомпетентность и растерянность в трудной ситуации, но, простите, когда пациенту угрожает непосредственная опасность для жизни, а медработники вместо того, чтобы дружно прийти ему на помощь, устраивают базар, то от таких сестер милосердия спаси и сохрани Господь! А вы, Элеонора Сергеевна, что скажете? Почему у вас в ургентной службе сестры не знают, что они должны делать, а что нет? Если уж теперь уклоняться от работы официально стало доблестью, а сделать что-то лишнее – страшным позором, то обязанности сотрудника должны быть расписаны от и до. Неотложная медицинская помощь должна работать как часы, фактор случайности и непредсказуемости – это исключительная привилегия пациентов. А у вас что? Расхлябанность, безответственность, чтобы не употреблять более грубых слов. Наведите порядок. Элеонора кивнула: — Хорошо, Александр Николаевич. — Не хорошо, а так точно! Сейчас же увольте эту гадину и непременно объясните коллективу за что. Под роспись доведите до сестер их обязанности, а в заключение сообщите, что если у них вдруг появятся сомнения, должны ли они, то ответ может быть только один – да, должны. Все ясно? — Нет, Александр Николаевич, – сказала Элеонора, – я бы не стала увольнять Любочку. Она добросовестная сестра и болеет за общее дело, за коллектив… — Тогда объясните, если бы пациент задохнулся без срочного торакоцентеза, как бы это вашему коллективу помогло? — Понимаете, дежурные сестры отделений часто злоупотребляют нашей помощью. Считают, что их обязанности – это только таблетки, инъекции и температура, а все, что касается других вмешательств в организм, спихивают на нас. Да, Люба выбрала не самый удачный момент для защиты интересов оперблока, но поверьте, Александр Николаевич, она исполнительная и работящая девушка, к тому же опытная сестра, хирурги ею довольны. — Смазливое личико, вот они и довольны! – бросил Стенбок. Элеонора поморщилась: — Ничего подобного! Она действительно хорошо работает, быстро ориентируется в нестандартных ситуациях, которые в экстренной хирургии сплошь и рядом. Люба просто неверно оценила состояние пациента… — Элеонора Сергеевна, в присутствии врача это вообще не являлось ее задачей. Но в любом случае устроить свару при пациенте – это такое падение профессионализма, которое допускать ни в коем случае нельзя. Вы, Элеонора Сергеевна, прекрасная операционная сестра, но не забывайте, что вы еще и руководитель и обязаны поднимать подчиненных до своего уровня, а не опускаться вместе с ними. — Я проведу работу. — Учтите, если эта хамка останется, то только под вашу личную ответственность. И это не слова, Элеонора Сергеевна. Если она что-то еще выкинет в подобном духе, вы лишитесь своей должности по несоответствию и перейдете в обычные операционные сестры. Это вам ясно? |