Книга Прибавление семейства, страница 68 – Мария Воронова

После великого стояния за сапогами, которые кончились задолго до того, как подошла их очередь, химичка стала гораздо любезнее, однажды угостила пакетиком импортного чая «Пиквик» с фруктовой отдушкой, и Олеся спросила, можно ли в ее возрасте поступать в институт.

— На дневное только до тридцати пяти, а на вечернее и заочное – пожалуйста. А вы собираетесь?

— Не знаю. С одной стороны, хочется, а с другой – поезд ушел. Ну куда такая старушка…

— Не выдумывайте, Олеся Михайловна, – вдруг включилась завуч, – хорошее дело никогда не поздно! Только если хотите поступать этой осенью, готовиться надо начинать уже сейчас. После уроков ко мне подойдите, я вам дам список учебников.

— Спасибо, но я еще ничего не решила…

— Когда решите, поздно будет! Если что-то хотите в своей жизни наверстать, надо действовать! Поднажать, а не сидеть рассусоливать, понятно?

Олеся сказала, что ей понятно, а после уроков получила список учебников и строгий приказ немедленно проследовать в библиотеку.

«Ну будет теперь хоть чем занять пустые вечера», – пробормотала она, получив внушительную стопку книг.

Завуч права, чтобы вскочить в последний вагон уходящего поезда, следует сломя голову бежать за ним, а не ждать, пока он сам к тебе подъедет. Заниматься надо, вспоминать школьную программу. Выпускники вот сдают, дети, а она, взрослая ответственная женщина, не сможет? Звезд с неба, конечно, не хватает, но не совсем же у нее кисель вместо мозгов.

Так Олеся себя взбадривала по дороге домой, но, испив чайку и разложив учебники на кухонном столе, вместо того чтобы углубиться в них, открыла сумочку и после долгих поисков выудила оттуда клочок бумаги, где записала телефон судьи, который та дала ей в последний день, разрешив обращаться, если вдруг возникнут какие-нибудь юридические проблемы. «Ну и вообще поболтать», – добавила Ирина Андреевна.

Олеся задумалась, подходят ли ее сомнения насчет Черновой в категорию «вообще поболтать» или их лучше отнести в юридические проблемы. Впрочем, без разницы, судья ждет ребенка, ей сейчас совершенно точно не до рабочих дел, тем более таких грустных. Готовясь подарить миру новую жизнь, женщина должна думать только о приятном, смотреть на красивое и быть радостной и довольной, а тут Олеся к ней полезет с убийством… Нет, нехорошо.

Следовало выбросить номер и забыть, но Олеся на всякий случай переписала его в записную книжку. Просто так, чтобы думать, что у нее появилась новая приятельница.

Совершив этот приятный ритуал, она сделала себе кофе с молоком в любимой кружке мужа, которую он почему-то не забрал в новую семью. А кружка между тем отличная, вместительная и очень удобной бочкообразной формы, что позволяет напитку долго не остывать. Олеся нахмурилась, вспоминая, откуда взялась в семье эта посудина. Кажется, она была у них еще на Новой Земле… Или нет? Все забывается, и хорошее и плохое, а то, что не вытравишь из памяти, все равно теряет остроту, время не только притупляет радость, но и приглушает боль, надо это ценить и ждать, ведь и новокаин действует не сразу. Сейчас у нее как раз такой период в жизни, будто она сидит в коридорчике после укола и ждет, когда ее позовут удалять больной зуб.

Потом будет еще немного боли, когда заморозка отойдет, и все, она поправится. Будет жить дальше. Не так, как собиралась, но так, как захочет сама.