Книга Уютная душа, страница 93 – Мария Воронова

— Да уж, смешно. С другой стороны, если опыт есть, они, может, не хуже нашего справляются. Великое ли дело — гематому выпустить? Основная сложность — как бы с диагнозом не промахнуться и с операцией не опоздать.

— Да не над ними я смеялся, а над нами с тобой! Мы, как идиоты, пыжились, изобретали новые операции, мусолили каждый клинический случай на десяти консилиумах, даже не начинали консультировать больного без данных ядерно-магнитного резонанса и не подозревали, что в пятидесяти километрах от нас — полное средневековье. Я сам случайно об этом узнал, зашел к ним давление померить, у меня на даче тонометра нет, разговорился и обалдел. Утром первым делом позвонил их главному врачу, говорю — а у меня как раз лучший нейрохирург мира и окрестностей без работы мается. Главврач на радостях чуть телефон не проглотил. У меня, говорит, врачей вообще почти нету, хоть нейрохирургов, хоть каких. Завтра ждет тебя на беседу. Слушай, как все-таки странно: стоит чуть-чуть отъехать от города, и концентрация врачей на квадратный метр резко падает.

— Вы хотите, чтобы я пошел работать в районную больницу? — уточнил Миллер.

— А что, у тебя есть другие варианты? — прозвучало из недр кресла.

Да уж, врач ЦРБ — совсем не то, что ведущий нейрохирург в городской клинике… Миллеру не хотелось заживо хоронить себя в глуши, но Криворучко назидательно изрек: «Когда не знаешь, куда идти, иди туда, где ты нужен, а не туда, где тебя примут из милости. Не знаю, что там за учреждение, но одно могу сказать точно — там в тебе нуждаются. И что за снобизм, в конце концов? Или ты считаешь себя слишком великим для того, чтобы лечить сельских жителей?»

Вот он и метался по родным просторам в поисках районной больнички. Вернулся к станции, огляделся и после десятиминутной прогулки по сосновому бору вышел к старинным корпусам. Разыскивая среди них административный корпус, Миллер увидел пруд со старыми ивами, купающими серебристые ветви в затянутой ряской воде.

Ему показалось, что он попал в сказку, в таинственный и призрачный мир…

— У нас нет ставки нейрохирурга, — с порога обрадовал его главврач, энергичный крупный мужчина лет пятидесяти с коротким, словно обрубленным, носом и тяжелой челюстью неандертальца.

«Здравствуйте! — подумал Миллер. — Стоило вызывать меня сюда, чтобы отказать от места. Что-то уж чересчур вежливо».

— Отделения нейрохирургии нет, значит, и ставки нет, — продолжал главный. — А общим хирургом с удовольствием вас возьму, хоть завтра на работу выходите.

— Меня? Общим? Но я всегда занимался только нервной системой!

— Дмитрий Дмитриевич, в интернатуре вы учились? В институте общую хирургию проходили? Да ё-моё, Валериан Павлович мне рассказывал, какие вы операции делаете, неужели аппендицит не удалите? Руки вспомнят!

— А голова?

— Тем более. Правда, идите к нам. У нас интересно. Зарплата, конечно, невелика… Сертификат по общей хирургии у вас наверняка есть, без него вообще нельзя врачебной практикой заниматься. Вот и давайте.

«А почему бы и нет?» — вяло подумал Миллер.

Предложение казалось настолько абсурдным, что он решил — надо попробовать.

За выходные он, ежеминутно покрываясь холодным потом, изучил учебник по общей хирургии. Настроение им владело самое паническое. «Я не распознаю симптомов раздражения брюшины! Не найду в ране червеобразный отросток! Опозорюсь! Убью пациента: пытаясь удалить желчный пузырь, перережу общий желчный проток и воротную вену!»