Книга Утопающий во лжи 16, страница 9 – Лев Жуковский

Тогда как Алатея боялась рисковать, и не могла покинуть мир Артхол навсегда, даже видя его для нее бесперспективность. В большей степени ввиду своей природы посещать мир мёртвых Тесэр она попросту не могла. Самые основы её существования отвергали этот путь, словно вода отвергает масло. Из её же обрывков памяти, да и просто логически это обдумав, мне становилось понятно, что она была слишком заманчивым сосудом для местных правителей. Слишком лакомым, слишком многообещающим.

Ведь переселиться, как это сделал я через кровавый ритуал, они не могли, сами законы мира Тесэр этот способ отвергали. Да и терять свою истинную силу помещая только ее часть в слабое тело было не самым выгодным решением. Тогда как перенести разум, с небольшой толикой души, это был выход из чертогов мира Тесэр. Возможный, рискованный, но всё же реальный выход. Оставляющий возможность второго шанса, ведь основное тело останется в мире Тесэр.

Потому как в карту раба или в ту же шкатулку Тризиастра ни один повелитель С ранга не согласился бы переместиться, как бы он ни хотел сбежать из темницы мира Тесэр. Менять одну клетку на другую слишком глупо, слишком унизительно. Тем более что в таком случае продать могучего правителя нежити С ранга будет проще простого. Унижение, которого ни один повелитель не вынесет даже в мыслях.

Так что вырвать навыки из Алатеи действительно выглядело многообещающим направлением. Будь у меня больше времени и подходящий инструмент, я поступил бы именно так.

Опять же, это были только опасения Алатеи. На мой взгляд, очень даже обоснованные. Вот она и сидела в этом проклятом мире, словно паук в углу заброшенного склепа, просматривая вероятности своей судьбы, плетя свои бесконечные мысленные тенета, уже давно потеряв надежду преодолеть не то, что первый божественный предел, но остановившись на нескольких неудачах на 75 пунктах. Что в случае обычного тела очень даже обычная ситуация. Это же не ложный аватар с безумным стартом параметров, не благословлённый сосуд, не выкованный в горниле особых ритуалов носитель силы. Впрочем, в её случае, на мой взгляд, и закостенелость взглядов именно её расы Мирайта тоже имела место. Ведь бессмертие нематериального тела накладывает на мышление подобных существ свои ограничения и рисковать серьезно они уже не способны, ожидая всегда более подходящего, безопасного способа возвыситься. Хотя в случае со мной, ей просто не повезло и колебания эфира вокруг тонких тел демонического Бога не дали ей распознать опасность.

Я же обдумывал всё это уже глядя, как моя армия марширует через прокол пространства. Тысячи и тысячи моих подчинённых, словно река, движущуюся из одного мира в другой, словно нескончаемый поток теней, обретающих в моём свете истинную форму. Тысячи и тысячи моих подчинённых, которые наконец-то получат всё, чего они заслужили. Всё, что я обещал им, всё, что выковывалось в их верности и моей стратегии, всё, ради чего была пролита кровь и наша, и чужая.

И где-то там, в самой глубине моего центрального сознания, тихий, едва слышный голос, голос того самого старого десятника, которым я когда-то был, в бесконечно далёкой, почти забытой жизни, прошептал с горьким, печальным удовлетворением:

«Всё-таки получилось. Всё-таки добрался».