Книга Утопающий во лжи 15, страница 16 – Лев Жуковский

Кстати, поиски моего господина я теперь продолжила куда ожесточённее, с новой яростной решимостью, что горела в груди ярче небесного пламени моих крыльев. Но при этом действовала более продуманно, холодно просчитывая каждый шаг, взвешивая риски и выгоды с точностью, что раньше была мне недоступна. Решив для начала набраться сил — накопить ресурсы, опыт, могущество, а уже потом пробовать открывать проколы в пространстве ещё раз, куда масштабнее, используя всю мощь, что мне была доступна.

Я чувствовала это всем своим существом, каждой клеткой преображённого тела, каждым всплеском пламени в жилах, что все мои действия правильные. Это не было слепой верой или отчаянной надеждой. Это было знание, глубокое и непоколебимое, словно вырезанное на скрижалях Судьбы. Возросший параметр Интуиции, теперь достигший тридцати единиц, подсказывал мне новый путь, шептал советы невидимыми голосами будущих вероятностей.

Путь могущества и скорого похода в мир Тесэр, этот призрачный мир мертвецов, о котором господин рассказывал. Мир, где можно было продать добытые в мире Ссшорс ресурсы. Господин в целом возлагал на торговлю между этими двумя мирами большие планы, видел в этом ключ к чему-то большему, к свершениям, масштаб которых я пока не могла постичь своим ограниченным разумением. Всё же и сам мир мертвецов для жатвы выглядел более чем перспективно, хотя одна мысль о нём вызывала мурашки по коже, там царила смерть в её самой чистой, неразбавленной форме.

Нужно было только перебороть негативное влияние артефактной шкатулки Тризиастра — этого проклятого предмета, в котором была заточена сущность могучего древнего нефилима, чьё имя лучше было не произносить даже мысленно. Шкатулка излучала ауру древнего зла, от которой волосы вставали дыбом, а в душе поселялся первобытный ужас. Чтобы собранные тысячи и тысячи мер провианта, жареного мяса жуков, что пахло странно, но было вполне съедобно, перенести в изменённое пространство внутри артефакта. Зато уже впоследствии не переживать о пище и воде в мире, где и рек-то уже давно не существовало, где земля была выжжена и мертва уже тысячи лет, а небо затянуто пеленой вечных сумерек.

Сама мысль о том, чтобы открыть шкатулку и поместить туда запасы, вызывала у меня страх. Я помнила предупреждения господина, произнесённые тихим голосом: «Павший древний нефилим. Он будет шептать тебе в душу, обещать могущество, играть на твоих страхах и желаниях. Не слушай его. Используй артефакт только в крайнем случае, и никогда — никогда! — не пытайся вступить с ним в диалог». Эти слова я повторяла каждую ночь перед сном, как заклинание, защищающее от Тьмы.

Что же касалось таких параметров, как Выносливость и Живучесть, эти столпы физической мощи, сейчас они были не так важны в моей стратегии развития. Их время придёт, когда я буду прорывать барьер на пятидесяти пунктах в основных характеристиках, открывая новые горизонты силы. Сейчас же они застыли на отметке тридцать пунктов, что было вполне достаточно для текущих задач.

Как и параметр Удача ждал своего часа, терпеливо замерев на границе двадцати пяти единиц. Когда мой уровень возрастёт куда значительнее, когда запас свободных очков Системы будет достаточным, тогда и придёт время работать с этой загадочной характеристикой. Ведь переход на С ранг господин приказывал отложить, его голос звучал в моей памяти категорично, не допуская возражений. Для этого требовались особые ингредиенты в виде капель родословной, редчайшей субстанции, что текла в жилах Древних родов и Титанов, несущих в себе эссенцию происхождения.